|
Еще утром она хотела набраться храбрости и выложить карты на стол. Однако только что она стала свидетелем того, как находка этого камертона, этой конкретной вещицы, которая, по его мнению, могла связать труп мужчины в лесу и его бывшего товарища Клауса Хаммерсенга, впервые за несколько недель вновь расшевелила его. Он как будто испытал ужасное облегчение от мысли о том, что этот разложившийся скелет в лесу принадлежал его другу. Как будто бы факт, что он нашел доказательство того, что Клаус мертв, наконец-то позволит ему похоронить его — как в реальной жизни, так и в своей душе, а с ним — стыд и все дурные чувства. Она не могла оказать, что разделяет эти чувства, но ей казалось, что именно так должен реагировать мужчина. Во всяком случае, она не желала погасить этот разгоревшийся в нем пыл, да еще вдобавок признаться в своем обмане. Сейчас ей хотелось вернуться к тем отношениям, которые были между ними, пока не испортились из-за этой страшной драмы на вилле Скугли. Поэтому она молчала, пока они вместе убирали со стола посуду, споласкивали и ставили в посудомоечную машину.
— И не забудь ту железяку, — сказал он, выходя на террасу, чтобы завершить обрезание декоративного кустарника. Хотя они и припозднились с работой в саду, но все-таки начало было положено. — Мне надо съездить в участок, — крикнула она ему вслед. — Я там забыла кое-что. Через двадцать минут вернусь. Из-под колес ее «гольфа» выскочил гравий, когда она прибавила газу и выехала на дорогу.
Была еще только среда, но он все же открыл бутылку красного вина, когда они сели перед телевизором и начали смотреть какой-то средненький фильм по местному каналу. На этот раз речь шла о муже, который избивал жену и добивался признания ее душевнобольной. Чуть было не добился. Ибо справедливость всегда торжествовала в фильмах, которые показывали по местному каналу. — Какая чушь, — вздохнул Валманн где-то на середине фильма. — Займемся чем-нибудь другим? — спросила Анита. — Что ты имеешь в виду? — Я принесла ее. — Что принесла? — Ну эту металлическую штучку. Из лифта для инвалидной коляски. Я ведь за ней и ездила. Трульсена на месте не было, поэтому спросить его нельзя было. — Она криво усмехнулась. — А сотрудник технического отела не возражал. Вот она. Она положила конверт на телевизионный столик. Валманн вытащил на стол маленький кусочек металла, а затем фотографии. — Какой маленький, — сказал он, — зажав кусочек металла между большим и указательным мальцами. — Даже самый маленький пустяк может… — сказала она и показала на фотографии этого кусочка металла в шестерне. — Но он туда случайно попал или преднамеренно? Валманн внимательно изучал металлическую штучку. Она была светлой и блестящей, почти как олово, толщиной не более обыкновенного гвоздя и сжата, очевидно, металл был не слишком твердый. — Могу я взять ее на пару дней? — На пару дней? — Я знаю одного парня, который, наверное, сможет определить, что это было такое. — В техническом отделе этого не смогли сделать. — Мой знакомый — настоящий эксперт. — Кто же это? — Его имя тебе ничего не скажет. — Ты водишь знакомство с темными личностями, Юнфинн? — Анита толкнула его в бок. Ей нравилось видеть его таким — он опять загорелся и рвался в бой. И она призналась себе в том, что будет уступать ему во всем, только чтобы сохранить этот настрой. — Я и вправду знаю кое-кого в этом городе. — Мне вообще-то следовало вернуть эту вещь завтра утром. |
