|
- Все в порядке, - утешила Ариель, осторожно опускаясь на постель. - Закрой глаза, и я помассирую тебе виски. - Больно, - простонал он. Найт, бросив на Берка еще один изумленный взгляд, поспешно попрощался и, шагнув за порог, усмехнулся про себя. Скоро он сможет спокойно покинуть Рейвнсуорт Эбби. - Так лучше? Ее голос был мягким и нежным, и кончики пальцев слегка надавливали на виски, творя настоящее волшебство, хотя голова Берка совсем не болела. - Совсем немного, - солгал он. - Я слышала, что ты говорил Найту о Доркас и ее мотивах. Правда, мне хотелось бы, чтобы ты...словом был не так откровенен, но... наверное, ты прав. Берк приоткрыл один глаз, внимательно посмотрел на жену и сказал: - Пожалуйста, не нужно смущаться, Ариель. Мы с Найтом знакомы с самого детства, тогда нам было по восемь лет. Впервые встретились летом 1794-го, и все, о чем могли говорить... видишь ли, мы были кровожадными сорванцами - о мадам Гильотине, конечно. В том году был казнен Робеспьер. Можешь себе представить, как мы ликовали. Найт для меня как брат, роднее Монроуза. Мы даже вступили в армию одновременно. - Он все знает про меня, так ведь? Ты все ему сказал. Она говорила еле слышно, напряженно, и Берк спокойно объяснил: - Достаточно. Он очень хорошо относится к тебе, и думаю, сам о многом догадывался, особенно о Доркас. Я ценю его мнение и надеюсь, что ты согласишься со мной. - Она просто не могла смириться с тем, что я наслаждаюсь в объятиях мужчины, что я готова отдаться ему. - По-видимому, так. О нет, не останавливайся, это просто великолепно. Ариель улыбнулась, хотя все еще умирала от смущения при мысли о Найте. Щеки Берка были колючими от щетины, волосы взъерошены, снежно- белые бинты резко контрастировали с темными завитками и гладкой оливковой кожей груди. Простыня доходила только до пояса. Она посмотрела на него, замечая очертания фигуры через простыню, и почувствовала, как что-то в душе смягчилось и на смену тревоге пришло желание, глубокое, с каждой секундой расцветающее, удивительное. Ариель поразилась себе. Последние два с половиной дня она вместе с Джошуа ухаживала за Берном, заботилась о всех его нуждах и совсем не видела в нем мужчину. Да, конечно, он был ее мужем, но при этом оставался ее пациентом. Теперь же... ...Она затаила дыхание и попыталась заставить себя сосредоточиться на массаже. - Ариель, пожалуйста, прошу, не можешь почесать мне живот? Ариель отдернула руку, гадая, уж не заметил ли он ее взгляда, но нет, глаза Берка закрыты. Это просто невозможно. Она, еле прикасаясь, положила ладонь как раз туда, где кончалась простыня, и нерешительно поскребла загорелую кожу. |
