|
Берк от души радовался, что лежит на животе. Он снова застонал, когда ее пальцы отыскали слишком напряженный мускульный узел и начали разминать. Наконец Ариель пожаловалась, что устала: - Я приду вечером и еще раз сделаю тебе массаж, хорошо? - пообещала она. - Спасибо, - пробормотал он приглушенно, не поднимая головы от подушки. - Помочь тебе перевернуться? - Нет, - прорычал он, и Ариель снова показалось, что муж испытывает очевидные и страшные мучения. Немедленно встревожившись, она сочувственно спросила: - Не хочешь немного опия? - Нет, - выдохнул он, стараясь успокоиться. - Думаю, что пока полежу на животе. Она еще раз нежно провела рукой по его спине: - Сейчас я должна идти. Так много нужно сделать! Но я вернусь и пообедаю с тобой. Несколько мгновений она не шевелилась, глядя на мужа, но все-таки медленно, нехотя накрыла его простыней и слегка хлопнула его по заду. Глаза Берка потрясенно распахнулись. Он хотел что-то сказать, но слова не шли с языка. Он молча лежал, прислушиваясь к шелесту ее юбок, звукам a{qrp{u шагов по деревянному полу, стуку открывшейся и закрывшейся двери спальни. Она вела себя так естественно и непринужденно! Шлепнула его, словно младенца! Берк просто не мог поверить этому. Прошло минут десять, а он все еще не мог согнать с лица улыбку. Когда Ариель вернулась с подносом, на котором стоял его обед, Берк весело насвистывал. Берк молча наблюдал, как жена, взяв с комода ночную сорочку, удалилась в дальний конец комнаты, за наконец-то починенную ширму. “Проклятая уродливая штука”, - подумал он и вздохнул, припомнив, что нападение Доркас больше всего повредило их нарождающейся близости. Но Ариель целовала его не только в губы, но и в спину, а это уже наверняка должно что-то означать. И, нужно сказать, немало. - Ариель! - Хм-м-м? - Поскорее. Я устал и чертовски одинок. Расслышав знакомые капризно- ноющие нотки, Ариель решила не торопиться. Лишь несколько минут спустя она появилась в девственно-белой батистовой сорочке, завязанной кокетливыми бантиками у подбородка. - Мне нравится, как ты выглядишь, - похвалил он. По правде говоря, будь на Ариель средневековые доспехи, ему все равно бы понравился ее вид. - Распусти волосы. Я люблю смотреть, как ты их расчесываешь. - Сейчас. Ариель, начиная вынимать шпильки, спросила: - Хочешь, я разотру тебе на ночь спину? - Да, очень. При этой заманчивой мысли он едва не забился в судорогах, но, вовремя взяв себя в руки, продолжал наблюдать за расплетавшей косы женой. |
