|
Я просто решил узнать, как ты здесь живешь. Твой дворецкий - не могу вспомнить имени старика - куда-то девался, и дверь была открыта. Надеюсь, ты не возражаешь против моего появления? Ариель пренебрежительно подняла брови, отлично понимая, что Эван лжет. Чтобы Филфер оставил дверь открытой и куда-то девался? Немыслимо! Неужели Эван подкупил дворецкого, чтобы тот впустил его? Мысль эта мгновенно вызвала неприятно-сосущее ощущение в желудке. - Ты, по-видимому, желаешь чаю или что-то вроде? - Немного бренди, если не возражаешь. “Бренди”, - с ужасом подумала Ариель, живо представляя кошмар прошлой ночи, но, холодно кивнув, направилась к буфету, налила в рюмку бренди и подала брату. Сейчас она внезапно вспомнила ту минуту, когда, избитая и измученная, прибежала к брату, прося помощи и защиты... и его пальцы очертили рубцы на ее спине. О чем думал Эван, когда делал это? Сколько запросил у Пейсли за ее возвращение? - Не присоединишься ко мне? Ариель покачала головой: - Что тебе нужно, Эван? Говори да побыстрее. Я желаю, чтобы ты убрался из моего дома. Эван пригубил бренди, не сводя с сестры пристального взгляда. - Я уже сказал тебе. Зачем бы я стал лгать? “Ты мужчина, - хотелось ей крикнуть, - и ложь для тебя вторая натура, и псе, что есть в мире ужасного и подлого, естественно для тебя”. Но она только поморщилась и сказала: - Если настаиваешь на том, чтобы придерживаться этой сказки, кто я такая, чтобы возражать? - Как великодушно, - пробормотал Эван. - По-моему, я уже говорила, что никогда больше не желаю видеть тебя, и не лгала при этом. В моей жизни для тебя нет места. - А я хочу, чтобы ты знала: мне очень жаль, что все так вышло. Я действительно понятия не имел, что Пейсли Кохрейн такой... - Довольно, - вскрикнула Ариель. - Превосходно. Мой отец не мертв, Ариель, и я могу это доказать. Я не лгал, поверь, и скажи, неужели ты не защитила бы своего отца любой ценой, даже пожертвовав своим братом? - Тобой? В мгновение ока. Не обращая внимания па ее слова, Эван медленно продолжал: - Он в Париже и очень болен. Я должен ехать к нему. Вот письмо от отца. Прочти. Прочти и пойми, что я говорил правду. Я не причинил бы тебе зло сознательно, Ариель, клянусь, Сама не зная почему, Ариель взяла тоненький листочек бумаги и развернула его. Почерк был неразборчивым. чернила - густо-синими. Записка содержала всего несколько слов и была подписана: “Твой любящий отец”. Ариель вернула письмо Эвану. - Значит, он жив. И что ты собираешься делать? Немного помолчав, она сверкнула глазами: - А, теперь я вижу. Как глупо с моей стороны! Если твой отец жив, значит, мать никогда не была замужем за Артуром Лесли, и следовательно, я незаконнорожденная. |
