Внезапно что-то зашевелилось по краю лучей света.

— Что это, черт возьми? — вырвалось у Ганна.

Все, находившиеся в контрольном помещении, пристально смотрели на эфирное облако, наплывающее в изображении камеры.

Довольно долго казалось, что оно зависло, его внешние края были расплывчатыми и медленно колыхались. Затем оно стало отдаленно напоминать человеческую фигуру, окруженную полупрозрачной молочной оболочкой.

Хейди не могла произнести ни слова, кровь застыла у нее в жилах. Хоукер сидел подобно гранитной глыбе у пульта, на лице читалось полное непонимание происходящего. Странно, но Ганн наклонил голову набок и изучал призрак клиническим взглядом хирурга, размышляющего над рентгеновским снимком.

— В своих самых дерзких мечтах, — сказал он хриплым голосом, — никогда не подозревал, что увижу привидение.

Кажущаяся собранность Ганна не могла обмануть Пита. Он видел, что маленький человечек находится на грани обморока.

— Отвести «Бэби» назад, — сказал он спокойно Хоукеру.

Сопротивляясь страху, который он никогда не испытывал раньше, Хоукер собрался с силами и зашевелил пальцами, переключая средства управления. Сначала волнообразно колеблющаяся форма отступила на задний план, затем снова начала увеличиваться.

— О Боже, он преследует, — прошептала Хейди.

Быстрый взгляд на напряженные, окаменевшие лица свидетельствовал, что у всех на уме было одно и то же. Они застыли как парализованные, всё внимание сосредоточилось на мониторах.

— Ради Бога, что же он делает? — отрывисто крикнул Ганн.

Ответа не последовало, все, находившиеся в помещении управления аппаратом, лишились дара речи. Все, кроме Питта.

— Поверни «Бэби» назад и выходи оттуда, быстро! — отрывисто крикнул он.

Хоукер заставил себя оторвать взгляд от сверхъестественного зрелища и включил полную мощность.

Небольшой поисковый аппарат не был рассчитан на быстрое передвижение. Максимально возможная скорость движения вперед составляла три узла. Он начал с трудом разворачиваться. Камеры в носу развернулись от нависшей угрозы, прошли над открытыми пробоинами, зияющими по левому борту в свете, отраженном от поверхности, мимо поверхности зеркал, в которых более ничего не отражалось. Казалось, что маневр в 180 градусов занял бесконечно много времени.

И произошло это слишком поздно.

Второй прозрачный призрак, дрейфующий над порогом дверного проема каюты для отдыха, протянул свои призрачные руки и манил к себе.

45

— Проклятие! — выругался Питт. — Еще один!

— Что мне-то делать? — голос Хоукера был умоляющим, почти полным отчаяния.

Недостаточно сказать, что Питт внимательно следил за всеми находящимися в помещении управления аппаратом. Они были потрясены до ужаса его ледяным самообладанием. До них стало доходить, почему адмирал Сандекер так высоко ценил его. Если кто-то и был на нужном месте в нужное время, то им был Дирк Питт, стоящий на палубе корабля и указывающий способ борьбы со сверхъестественным.

Они ни за что не смогли бы догадаться, о чем он думает. Но по выражению его лица смогли понять, что злость исчезла, ее место заняло глубокое размышление.

Если правило «Действуй, а там посмотрим» сработало с призрачным поездом, рассуждал Питт, то терять было нечего и следовало повторить игру. Он кивнул Хоукеру:

— Протарань негодяя!

Сразу же настроение резко изменилось. Сила Питта передавалась каждому.