Она даже не слышала, как он вошел. Но все же он здесь. Ее истерзанный рыцарь вернулся к ней. Измученный, но невредимый и очень даже живой. Сердце Розалин наполнилось радостью и благодарностью за то, что ее молитвы были услышаны.

Со счастливым криком Розалин вскочила и бросилась в объятия мужа. Она кинулась ему на шею, но всего лишь проскочила мимо, ничего не ощутив… кроме легкого дуновения ветерка, который слегка задел ее, приведя тем самым в замешательство.

Она пронеслась сквозь Ланса и чуть было не влетела в огонь. Розалин моргнула и, чтобы удержаться, схватилась за каминную полку. Осознав то, что сейчас произошло, она обернулась и, нахмурившись, посмотрела на мужа.

Проклятье! Он снова скитался.

— Что ты делаешь, Ланс? — закричала она. — Тебе больше не нужно притворяться сэром Ланселотом.

— Я и не притворяюсь, Розалин. Я…

— Ни слова больше, — недовольно воскликнула она. — Я не для того все это время расхаживала здесь по комнате и переживала, чтобы ты вернулся ко мне в образе жалкого призрака. Ты просто воссоединись со своим телом, или как это у вас называется, а затем обними меня.

— Розалин, я не могу. Мое тело исчезло.

Розалин уставилась на него. Она нерешительно засмеялась, будучи уверенной в том, что это, должно быть, одна из его нелепых шуток.

— Ты постоянно что-то теряешь, Ланс Сент-Леджер. Перчатки, стекnote… Но даже ты не мог бы потерять свое собственное…

Его мрачный вид заставил ее запнуться и замолчать. Он не шутил. В его глазах было что-то другое — такое спокойное, серьезное и печальное. Никаких следов обычного неудержимого остроумия.

— Дорогая, тебе лучше присесть, — мягко предложил он.

— Нет, — сердце Розалин упало от страха. — Просто скажи, что случилось.

Плечи Ланса поникли, но он подчинился и рассказал всю историю своего противостояния с Рейфом Мортмейном. Но прежде чем он смог закончить рассказ, Розалин, почувствовав тревогу, напряглась и перебила его.

— Святые небеса, Ланс! Корабль затонул? Мы должны торопиться. Послать за помощью, вытащить тебя оттуда.

Она уже метнулась к двери, но внезапно была остановлена голосом Ланса.

— Розалин, слишком поздно. Корабль пошел ко дну, забрав меня с собой. Я полагаю, что сейчас нахожусь где-то на дне бухты «Пропащая земля».

Она медленно повернулась к нему лицом.

— Ты пытаешься сказать мне, что ты…

Мертв.

Она даже не могла заставить себя произнести это слово. Но в этом и не было необходимости. Вся правда отражалась на измученном лице Ланса и в бесконечной печали его глаз.

Ее сердце и разум протестовали. Нет! Он не мог умереть. Не мог лежать погребенным на самом дне холодного и бесчувственного моря.

Он был здесь, с ней. Она могла видеть любовь, светящуюся в его глазах, слышать нежность его голоса. Перед ней стоял не призрак Ланселота дю Лака, казавшегося слишком идеальным, нереальным из-за сверкающих доспехов.

Это был ее Ланс — человек в распахнутой рубашке и неприлично облегающих бриджах, со своим слишком соблазнительным ртом и прядями волос, спадающими на лоб. Те же густые пышные волосы, в которые она зарывалась пальцами, когда они занимались любовью. Те же сильные руки, что держали ее в объятиях и ласкали. Та же гладкая, покрытая бронзовым загаром, кожа. Ей всего лишь нужно вытянуть руку, чтобы почувствовать тепло его прикосновения.

Розалин протянула к нему свои дрожащие пальцы. С болезненно тоскливым взглядом Ланс встретил ее руку на полпути, накрыв своей ладонью.