— Ваша светлость, они не говорили мне…

— Они прислали вас сюда. Это все, что я им приказала сделать. — Она отвернулась от него и подошла к камину. — Мне надо многое вам сказать, а времени мало.

Двадцать лет назад, в смутные и трудные времена в Пуату, Элеанора не была такой отчужденной даже с самыми ничтожными из своих слуг. Годы и впрямь превратили голубку в ястреба — старого темноглазого ястреба, который стремится к своей цели, не тратя время на светские любезности…

Раймон стиснул челюсти, ожидая, что скажет вдовствующая королева. Каково бы ни было ее задание, уклоняться от него поздно. Его надежды на двухнедельный кутеж померкли при виде расстроенного и сосредоточенного лица королевы Элеаноры.

Сдержав проклятия, он придвинул тяжелую скамью ближе к камину и расстелил на ней свой плащ. Элеанора величественно взяла его протянутую руку и села лицом к догорающему огню. Длинные пальцы, украшенные перстнями, были такими же красивыми, как и раньше, только очень холодными.

— Во дворе есть дрова. Я сейчас принесу…

— Стойте. Не надо огня. Я специально пришла в столь поздний час. — Годы не изменили ее речь с сильным лангедокским выговором и резкими властными интонациями. — Во дворе меня ждет охрана. Они не знают, с кем я здесь встречаюсь, и вы не должны показываться им на глаза, де Базен. Поклянитесь, что не сделаете этого.

Секретное задание! Не честный бой во имя короны, а тайное деяние. О святой Фома, ну и влип же он! После двух лет кровопролитных сражений в армии короля Ричарда на далекой Святой земле Раймон де Базен мечтал о нескольких месяцах мирной жизни вдали от приказов и неуемных амбиций своего сиятельного повелителя из династии Плантагенетов, но не тут-то было! В отцовском замке его уже поджидали сорок наемников с холодными глазами, они и отправили его за море, в Англию.

Раймон не хотел думать о том, что могли сделать эти волки в доспехах с отцовскими землями, если бы он не поехал с ними по доброй воле. Наемные солдаты отказались ответить разгневанному старику Ренульфу де Базену, куда они везут Раймона, и не дали пожилому воину даже словом перемолвиться с сыном наедине.

— Так что, Раймон де Базен, вы клянетесь?

— Ваша светлость, — сказал он, — я даю вам слово, что ничего никому не скажу, но мое присутствие здесь не тайна. Меркадье и сорок его воинов ехали со мной до Кале.

— Они посадили вас на корабль до Дувра. Больше им ничего не известно. — Королева Элеанора замолчала и бросила на Раймона проницательный взгляд, от которого ему стало не по себе. — Я позвала вас на эту тайную встречу, — наконец проговорила она, — чтобы найти выкуп для Ричарда. Его надо освободить как можно скорее, иначе он лишится короны, а вместе с ней и надежды на выкуп.

В ее голосе слышались нотки страха и отчаяния. Раймон протяжно вдохнул, пытаясь подобрать слова для ответа:

— Ваш сын — самый великий венценосный полководец во всем христианском мире, ваша светлость. Император взял короля Ричарда в плен, но причинить ему зло не посмеет.

Скорбные глаза королевы вдруг заблестели. Она отвернулась от Раймона.

— Я позвала вас сюда не для того, чтобы говорить о своих материнских страхах. — Она помолчала, потом заговорила тем же лихорадочным шепотом: — Я хочу, чтобы ваш король был освобожден к началу жатвы.

— За такой короткий срок нельзя найти и переслать десять тысяч серебряных марок и двести знатных пленников.

— Так говорят на улицах Лондона.