Когда они свернули с проселочной дороги на шоссе, Серена спросила:

– Послушай, Фрэнки, а почему бы тебе не освободить ту маленькую комнату, где свалена всякая рухлядь? Ей можно было бы найти полезное применение.

– Какое же? – глядя на дорогу, спросил Фрэнки.

– Например, устроить в ней детскую, – сказала Серена.

– Комнатку для детей? – осевшим голосом переспросил Фрэнки, притормозив. – Мне эта идея по душе! – прокашлявшись, воскликнул он и улыбнулся. – Знаешь, мне очень хочется, чтобы ты родила мне ребенка. Нет, правда, я не шучу! – Он положил руки на рулевое колесо и вздохнул.

Серена порывисто обняла его за шею и стала покрывать поцелуями его лицо.

– Почему бы нам не начать его делать сегодня же ночью? – прошептала она ему на ухо.

У Фрэнки перехватило дух, и он не сумел ответить. Серена сочла его молчание за согласие и радостно вскричала:

– Ура! Сегодня мы попытаемся сделать ребенка!

Он перевел дух и молча погнал автомобиль на сумасшедшей скорости.

Глава 36

– Как это у них нет свободных номеров? Мы же заказали их заблаговременно! Ты сказал им, с кем они имеют дело? Ступай объясни этим идиотам еще раз, кто я такой! Живо! Одна нога здесь – другая там! – орал на своего помощника Брок, опустив стекло шикарного лимузина для особо важных персон, который он взял напрокат специально для поездки в Илай. От волнения на лбу у него выступил пот, и ему пришлось расстегнуть ворот своей модной итальянской сорочки.

– Я говорил… Я объяснял… – оправдывался насмерть перепуганный Кевин Данлоп, покрасневший, как вареный рак, от беготни по ступенькам административного здания туристического комплекса. У него уже заплетался язык от бесконечных объяснений с администратором и своим боссом, который вдруг перестал понимать английский язык. – Портье утверждает, что к ним не поступало от нас никаких уведомлений. Все домики заняты участниками праздника в честь небывалого урожая черники в этом году. Поэтому он советует нам попытать счастья где нибудь в другом месте.

Лицо Брока обрело малиновый оттенок. Он с трудом перевел дух и поинтересовался:

– Может быть, он упомянул какую то конкретную гостиницу?

– Да, сэр! Отель «Суперэйт». Он сказал, что там, возможно, найдется несколько свободных номеров, – ответил Кевин Данлоп с дрожью в голосе.

– Не хватает мне только остановиться в притоне для наркоманов! – в сердцах воскликнул Брок. – Будем считать, что ты мне этого не говорил. Ступай узнай у портье, нет ли в этом городке отеля посолиднее.

Помощник побежал обратно в административное здание, проклиная свою злую судьбу, а Брок достал из кармана своего льняного спортивного пиджака цвета прелой соломы кубинскую сигару и стал обрезать ее кончик, бормоча:

– Ну почему именно на меня свалились все эти напасти?

Он щелкнул золотой зажигалкой, раскурил сигару и откинувшись на спинку сиденья, выпустил струйку дыма в окошко. Живописный вид, представший его взору – аккуратные домики вдоль берега, рыбацкие лодки на озере, – подействовал на него успокаивающе. Он выпустил изо рта еще несколько голубых колечек и стал размышлять о скандальном поведении своей бывшей супруги. Какое моральное право она имела заводить молодого любовника вскоре после развода?! Могла бы ради приличия и повременить с этим хотя бы месяц. Так нет же, она попрала все нормы морали и вступила в постыдную связь с одиозным бугаем из НХЛ уже в день своего приезда в Илай! Любопытно, подумал Брок, предается ли она порочным амурным играм в эту самую минуту? Трепещет ли она от сладострастия, позволяя ему цинично овладевать ею, сжимая своими лапами ее тонкую талию и тиская нежные груди? А что, если именно в эту секунду, когда он парится в автомобиле, изнывая от жары, этот провинциальный озорник повергает Лили в мутный омут экстаза?

Брок нахмурился и запыхтел как паровоз, выпуская струи сигарного дыма из ноздрей.