– Это все, на что ты способна? – с улыбкой спросил он.

– Попридержи язык, иначе я заставлю тебя просить у меня прощения, встав на колени! – воскликнула Лили, вскидывая подбородок.

– Я всегда готов исполнить любое твое желание, крошка!

Лили задумчиво посмотрела на цветы, которые она собиралась полить, вздохнула и промолвила:

– Пожалуй, с поливкой можно и повременить. Как и с установкой штакетника. У меня вдруг пересохло в горле. Почему бы нам не пройти в дом и не выпить холодной кока колы?

– Прекрасная идея! – сказал Билли и заключил ее в объятия.

Телефон трижды начинал звонить, пока они кувыркались в постели, но лишь спустя полтора часа после первого звонка, когда оба немного устали, Билли со вздохом спросил, кивнув на надрывно верещавший аппарат:

– Может быть, я все же встану и возьму трубку?

– Если бы я была уверена, что это звонит не кто то из моих родственников или школьных подруг, чтобы пригласить меня на ужин, или что это не моя соседка Миртл Карлсон…

Билли закатил к потолку глаза, дотянулся до телефона, поднял трубку и протянул ей.

– Что тебе надо? – нахмурившись, резко спросила Лили, сразу же узнав голос Брока. – Нет, мне этого не нужно. Да, я в этом абсолютно уверена!.. А вот это совершенно не твое дело! – вскричала она, покрываясь красными пятнами. – И не смей разговаривать со мной таким тоном, иначе я положу трубку. – Она заморгала и прикусила губу. – Ах, так вот в чем дело! Так бы сразу и сказал. Да, она мне, разумеется, нужна. Хорошо, буду там через полчаса. Встретимся в фойе.

Она отдала Билли трубку, и он положил ее на аппарат.

– В чем дело? Куда ты собралась ехать? – нахмурившись, спросил он.

– И ты еще будешь мучить меня вопросами? Боже, как вы мне все надоели! – истерически вскричала Лили.

– Ладно, я умолкаю. – Билли вскинул вверх руки. – Куда тебя подвезти? – Он вскочил и начал одеваться.

– В конференц центр на озере. У него, оказывается, осталась фотография моей бабушки, я хочу ее забрать, – сказала Лили. – И не нужно меня больше ни о чем расспрашивать!

Доставив Лили на своем грузовичке до конференц центра, Билли высадил ее, а сам поехал на парковочную площадку.

Брок поджидал ее в фойе, сидя в кресле рядом с большим каменным камином. Лили подошла к нему и сказала:

– Отдай мне снимок, и я пойду, меня ждут.

– Я видел, тебя привез сюда твой приятель, – с ухмылкой промолвил Брок. – Кстати, тебе известно, какое прозвище ему дали в хоккейных кругах?

– Прекрати морочить мне голову, Брок! Просто отдай мне фотографию! Я не желаю с тобой разговаривать, – вспылила Лили.

– Никакой фотографии у меня нет, – сказал он. – Зато у меня есть кое что еще, на что тебе наверняка будет небезразлично взглянуть. – Он взял лежавшую у него на коленях папку и протянул ее Лили: – Вот, ознакомься!

– Негодяй! Так я и знала! Тебе совершенно нельзя верить! Что бы в ней ни находилось, я не стану это изучать!

– Не капризничай, Лили! Это касается твоего приятеля. Известно тебе, сколько красоток побывало в его постели? Между прочим, здесь есть и весьма любопытные снимки.

– Не лучше ли тебе показать их Билли самому?

– Я стараюсь ради твоей же пользы, глупышка! Ты серьезно рискуешь, я хочу тебя предупредить, пока еще не поздно. Против Билли уже подано три судебных иска, в которых истицы требуют признать его отцом их незаконнорожденных детей. Можешь взять эту папку! У меня есть копии всех этих документов.

– Ты закоренелый мерзавец, Брок, – сказала Лили, но папку все же взяла. – И не звони мне больше! Я не стану с тобой разговаривать!

Он окинул ее надменным взглядом и поинтересовался:

– Да с какой стати я буду тебе звонить?

– Вот и чудесно! Значит, мы обо всем договорились! – воскликнула Лили и, поборов желание влепить ему на прощание эффектную пощечину и сказать какую нибудь гадость, повернулась и пошла в дамскую комнату.