— Почему умер Даниэль Кантор? — задумчиво произнес Вит.

— А кто это?

Удивление Маркуса было искренним. Он в принципе не притворился, если не хотел о чем-то говорить, то так и заявлял. Однако неведение его было странным…

— Номер сто двадцать три, — уточнил дипломат.

— Никогда о таком не слышал, мы не были знакомы. Но если он умер и это связано с Алексис, то у нее и спрашивай. К моей миссии это не относится.

— А есть ли миссия? По идее, террористы мертвы, все уже закончилось!

— Не факт, что мертвы. Просто если их осталось мало, они затаились… Ты знаешь, что такое электрический дракон Венеры?

— Конечно, — кивнул Вит. — Собрание венерианских молний…

Молнии Венеры серьезно отличались от земных — хотя бы потому, что не были результатом грозы. Они рождались в серной дымке, били часто и имели огромную разрушительную силу. Конечно, со стороны это было красиво… Хотя приближение к подобному полю Вит считал заведомо плохой идеей. А организаторы круиза — нет.

— Завтра мы будем проходить мимо него, туристам позволят наблюдать, — пояснил Маркус. — По технике безопасности, энергопотребление будет сведено до минимума, чтобы молния не шандарахнула в нас. В этот момент корабль будет в положении наибольшей уязвимости. Если на корабле остались террористы, этот день будет их последним шансом проявить себя.

Обе стороны убивают. Так что главное зло совершается и будет совершаться. Наверное, идеалистично слишком — это желание остаться чистым. Для солдата непозволительно.

— Ты был прав, — вздохнул Самир. — А я облажался. Вот и весь разговор.

Если и были у него какие-то положительные мысли, связанные со «Свободой Земли», то объяснить их можно было лишь шоком. И даже Софи, которую в это, по сути, втянули эмоциональным обманом, больше не вызывала симпатии. В принципе, через пару часов совместного заточения он готов был придушить ее собственными руками.

Их посадили в разные камеры, но это не спасало. Девица орала практически не переставая. Она буквально исходила ненавистью… Даже если это все внушили ей, очевидно, что прежней она не станет. Ее сломали навсегда, потому что только такие люди готовы гробить без сомнения сотни чужих жизней.

В этом свете, Операторы смотрелись выгодней. Они убивали, но делали это взвешенно, а значит, имели собственное представление о справедливости. По крайней мере, в это Самиру хотелось верить.

— Ты ведь жив, — пожал плечами Вит. — У тебя будет шанс исправить ошибку.

Он от Самира не отказался. Конечно, не пытался освободить, но медик этого и не просил. Вит приходил каждый день, и они говорили, много, долго. Заходил еще Маркус, чтобы вколоть Софи успокоительное и угомонить ее. Алексис не появлялась вообще, но это и к лучшему.

— Поверить не могу, что так все вышло… — Самир прислонился спиной к двери, через которую они разговаривали. — Ради какой-то сумасшедшей малолетки!

— За желание защитить слабого я тебя не упрекну. К тому же, не ты один заблуждался насчет нее, Маркус тоже решил, что она не с ними.

— Знаю, но его осуждать я не могу, а себя — очень даже. Так значит, все кончилось?

— Да, похоже на то. Маркус считает, что нужно еще переждать пролет возле электрического дракона, но я не думаю, что будут какие-то проблемы.