Солдаты с готовностью подскочили к Борису и сорвали его вместе с куском водопровода. Из обеих дыр раздался свист, но ничего не потекло.

— Идиоты! — завизжал нервный, как барышня, Кадавр. — Надо было развязать верёвки!

Но дело сделано, и Борис со своей трубой оказался стоящим на полу перед гневным одноглазым Предводителем компьютерных уродов. Он посмотрел на узел — тот был завязан бантиком.

— Наверно, ты решил, что обманул меня?! — со злобным хохотом издевался над оператором мертвец. — А я не собираюсь говорить с тобой, как с психотерапевтом! Зачем трупу психотерапевт?! Это те придурки, демократы, думают, что удачно имитируют ваш поганый мир! А мне нужна война! Я жажду убивать!

Борис уже понял, что Предводитель тотально повредился психикой — хотя, ка-кая психика у трупа?! Он решил потянуть время в надежде, что товарищи придут на помощь. Борис даже отдалённо не предполагал, сколько времени он находится в этом каземате, так похожем на компьютерные трущобы. Всё стерильно, всё аккуратно. Трупики такие гладенькие. Только Предводитель выглядел настоящим, подлинным, разложившимся покойником.

— Теперь я отомщу вам, мерзкие людишки! — драматично завывал ополоумев-ший Кадавр. Он достал старинный бескурковый пистолет с резной деревянной рукояткой. Откуда такой взялся в компьютерной игре?

Борис посмотрел прямо в дуло, которое плясало перед ним, и понял, какого размера дыру проделает в нём эта штука, если она и вправду может выстрелить. Необходимо что-нибудь решать. Стоять с огрызком трубы на плечах и ждать со-бытий было очень неразумно. Он воспользовался случаем, и, пока Кадавр упивал-ся речью, дёрнул пальцами за хвостик завязочки. А далее ловко подхватил удоб-ную трубу и сорвал оставшуюся верёвочку.

Гнусный милитарист не успел ничего сообразить, как оператор вышиб из его руки оружие. Пистолет со стуком упал на каменные плиты и, вращаясь, засколь-зил к стене. Борис (ух, прямо как в кино!) бросился за ним, упал на пол, перека-тился с боку на бок и эффектно встал на одно колено, направив на медлительного Кадавра антикварную пулялку: тот только речи был мастак толкать, а как до дела — полный несрух!

Против ожидания, никто из стражи не двинулся с места. Предводитель стоял под прицелом и смотрел единственным своим оком в два глаза, решительно глядя-щих на него из-за толстостенного дула старинной пукалки 1780года выпуска.

Борис картинно держал музейную игрушку обеими руками, наслаждаясь мо-ментом. Держать противника на мушке — что может быть прекраснее!

Но противник оказался неслабым! Предводитель недаром был безумцем. Он не боялся смерти! С невообразимой надменностью он приблизился к своему про-тивнику и подставил лоб под дуло.

— Я всегда мечтал сказать это кому-нибудь из таких подонков, как ты! — брыз-гая вонючею слюной в лицо отважному Борису, проскрипел Кадавр. — Что ты воо-бразил себе?! Ты думаешь, так легко стрелять, глядя в глаза тому, в кого ты це-лишь?! Смотри сюда, на этот лоб, на эти обнажившиеся черепные кости! Пред-ставь себе, какая мерзость брызнет из этого сосуда, когда ты продырявишь его своею пулей! Всё это полетит тебе в лицо, запутается в волосах, повиснет на твоих ресницах, попадёт в карман, за пазуху, протечёт в штаны, в резиновые сапоги, ис-пачкает носки! Ты хочешь этого?! Тогда стреляй, стреляй, подонок, глядя мне в глаза! Стреляй, урод, мне прямо в гипоталамус!

— Да нет… ну что вы. — смущённо бормотал Борис, опуская пистолет. — Я ни-чего такого не хотел.

Кадавр презрительно смотрел на человека.

— Стрелять в башку — что может быть глупее. — продолжал Борис. — Я намере-вался поступить иначе, вы сами сбили меня с толку. Всё, чего я хотел, вот только это…

Он выстрелил Предводителю в колено.