Похвалить без фокусов Мофф была не в состоянии — ее похвала включала в себя целый спектр противоречивых микродвижений лицевых мускулов, начиная от медленного опускания век (в знак одобрения) и кончая нехотя поднятой бровью (в знак признательности). В ее устах последнее предложение звучало панегириком.

Выпорхнув, словно на крыльях, из углового кабинета, Мэгги прошла по серым плиткам «взлетной полосы» — при этом ее волосы развевались, а бедра покачивались безо всяких усилий — и поняла, что больше всего ей хочется поделиться этой новостью с Марго. Она единственная из всех друзей Мэгги была способна оценить важность нового назначения, его величие. Ведь Мэгги смогла удовлетворить все свои амбиции и достичь пика в своей карьере. А Марго с удовольствием бы посмеялась над рассказом Мэгги о том, как Мофф оценила ее усилия и, может быть, даже пожала бы ей руку и сказала, что это потрясающая новость.

Никто, кроме Марго, не мог понять, насколько это было великолепно, но именно поэтому Мэгги не могла позвонить ей и рассказать обо всем. Марго будет просто убита. Ведь никто не ожидал ничего подобного — Мэгги была готова уйти, когда Марго появится, и предоставить ей возможность дожидаться нового назначения и собственной колонки.

Так что же, она предала Марго? Не выполнила своих обязательств? Но не могла же Марго думать, что Мэгги ради нее откажется от такого предложения…

Она сидела за столом, вычитывала гранки, подчеркивала предложения, нуждавшиеся в доработке, и добавляла эпитеты к гламурным изображениям. И с каждой минутой все больше и больше злилась на Марго за то, что та, сама того не подозревая, заставляла ее испытывать чувство вины. Да, она благодарна Джонс за то, что та составила ей протекцию, но разве этого достаточно, чтобы Мэгги позабыла о собственных амбициях и своем счастье? Или что, она должна теперь благодарить Марго до конца дней своих?

Мэгги была практически уверена, что Марго против ее встреч с Тимом, и все больше убеждалась в том, что она против того, чтобы ей дали собственную колонку. Но жизнь — это постоянная переоценка окружающих тебя людей, некоторые из которых вовсе не так благодарны, как хотелось бы, а то и вовсе думают, что им что-то должны. Разве не так?

В общем, она набрала номер Винни и договорилась с ней о встрече вечером.

7

Винни

Я не планировала рассказывать Мэгги о Джеке. По крайней мере, не в самом начале. Когда люди о нем узнавали, то уже не могли думать ни о чем другом — их голоса, обычные и часто бесцеремонные, превращались в шепот, каким часто говорят в церкви, и от этого я злилась еще больше. Мне хотелось запустить в них чем-нибудь тяжелым, чтобы продемонстрировать, что какие-то силы у меня еще остались.

Должна признаться, мне понравилось время, проведенное в компании Мэгги, потому что я вспомнила, какой бывает настоящая дружба и как здорово наблюдать за тем, как притираются друг к другу два характера, понимать, что у них общего и в чем они различаются. Нехотя мне пришлось согласиться с тем, что, наверное, в эти прошедшие месяцы мне сильно не хватало Марго.

А еще мне понравилось смеяться и не испытывать при этом чувства вины. Ведь в нашем с Чарльзом доме веселье теперь было редким гостем.

Так что я была рада, когда Мэгги ворвалась в паб и, с ходу выпалив все о своем успехе на работе, предложила его отметить. Собственная колонка! Я произнесла все положенные в такой ситуации слова, думая при этом о Марго и о том, что колонка могла бы значить для нее. А еще о том, что она должна чувствовать, когда вместо нее колонку получила Мэгги.

Я искренне радовалась за Мэгги, но моя радость была связана не только с моим отношением к ней — я испытала приступ жестокого удовлетворения. Марго всегда была счастливицей — да, она много работала, но все давалось ей слишком легко.