Активировав вдобавок к аспектам великое физическое усиление, Аур разорвал сократившуюся дистанцию и, хлопнув ладонью по земле, едва не насадил архимага на собравшийся из сотен костей шип. Практически в любой точке земного шара нет-нет, да можно было найти старые трупы, а некроманты чувствовали этот материал за сотни метров. Тёмный маг не мог убить другого тёмного мага с помощью костей, но в его силах было смазать его восприятие…

Пробирающий до костей женский крик заставил поморщиться даже Аура, в то время как Людвиг буквально пошатнулся и позволил Ауру расколоть ещё два щита. Это была первая и последняя атака банши, поспешившей удалиться от озлобленного архимага как можно дальше. Она не была ему противницей, но сумела ударить неожиданно – и за это Аур собирался наградить Каролину сразу после боя. Он и без того выигрывал, но именно этот ход мог стать решающим в ситуации, когда всё стоило завершить как можно быстрее.

Оправившийся от удара в спину архимаг собрался с силами и ударил самым сильным из имеющихся в его репертуаре заклинаний, наконец-то осознав, что сейчас с ним никто по-дружески разговаривать не собирается. Наивная вера в то, что всеми тёмными магами России правит Кощей, с которым, видимо, у него были хорошие отношения, стала козырем Аура, с минуты на минуту готовящегося забрать первую жизнь архимага в новой эпохе…

Но взмывший ввысь белоснежный феникс, мгновенно поглотивший сонм духов и даже фамильяра-воина с частью души Людвига, заставил чувство опасности чернокнижника взвыть в ужасе, а его самого – начать возводить всё новые и новые стихийные щиты. Он совершил нетипичную для себя ошибку – решил, что архимаг воды и земли, скрывающий знание тёмной магии, не может обладать ещё одним элементом. Но он обладал, и обладал на таком уровне, что сумел воплотить огонь в виде Феникса, во многих народах олицетворяющего разрушительную мощь пламени и противовес тьме. И единственное, что Аур мог сейчас сделать – это попытаться пережить действительно абсолютную атаку, от которой у архимага расплавились концентраторы, а он сам в виде обугленной головёшки упал на землю.

«Обугленной, но живой и дееспособной. В противном случае феникс не был бы опасен…».

В то же время в месте, куда забилась Каролина, барьер открылся, выпустил её и вновь закрылся за пару секунд до того, как непроницаемая для света поверхность превратилась в маленькое солнце. Девушка не ослепла лишь потому, что у неё, как у духа, не было физических глаз. Но то, что вспышка такой силы привлекла внимание, сомневаться не приходилось, а на такой счёт у Каролины были предельно понятные инструкции. Одновременно с тем банши буквально ощущала, что её господину нужна помощь…

Аур же в эти секунды стоял в окружении всепожирающего огня, держал старые и возводил новые щиты, малой частью сознания думая о том, почему старому маразматику пришло в голову как минимум навеки искалечить свою душу, отдав её часть фениксу и усилив тем самым его мощь. Как максимум же старик давно устремился к небесам в виде очищенного воплощённым огнём духа без памяти и сознания, что, с некоторой вероятностью, и было его настоящей целью. Но каких же масштабов должен быть заговор, чтобы архимаг, само могущество во плоти, отдал жизнь ради сохранения тайны? Он проигрывал, но даже в самой безнадёжной ситуации есть шанс на победу. Аур за свою прошлую жизнь доказывал это, и доказывал не единожды. Так что же тогда…?

В этот момент сияние резко пропало, и Аур, создав под ногами толстую ледяную платформу, позволил себе устало на неё опуститься. Следом он отметил тот факт, что его правая рука, сжимающая останки оплавившейся сферы, не откликается на команды, а после проверил состояние своего противника, от которого не осталось даже праха.