Занявшее место клона существо остановилось, а бурлящие вокруг потоки магии поутихли. О произошедшем напоминала только витающая в воздухе свободная мана, высвободившаяся после уничтожения печатей, да бледно-зелёная аура, окутавшая замершего напротив пленника чернокнижника. Энлиль на удивление быстро среагировал, предоставив своему верховному жрецу надёжную защиту от другого бога. Необходимость контролировать силу Энлиля, а так же возводить всё новые и новые слои защит не располагала Аура к разговору, но одержимому клону было на это плевать — он говорил, не пытаясь ни убить чернокнижника, ни сбежать.

— Ты добился того, что не удалось мне, Аур.

— Зерхан? Как?

— Отрёкся от своего статуса ученика? — Ауру показалось, что в эмоциях Зерхана промелькнуло сожаление. — Что ж, ты просто не знал, что я — это действительно я, верно? Возвращайся, Аур. Возвращайся, и вместе мы, учитель и ученик, достигнем всего, чего только может желать маг!

— Ты посылал за мной убийц, не сумевших выполнить свою задачу, а теперь хочешь, чтобы я сам пришёл к тебе?

— Недоразумение. — Зерхан словно констатировал факт, а не просил. — Недоразумение, за которое я извиняюсь. Слишком мал был шанс на твоё возвращение из мёртвых, в то время как до моей памяти не раз добирались враги.

Отойдя от первоначального шока, чернокнижник взял себя в руки, став мыслить как никогда здраво. Допрос прервался, но даже обмена парой фраз с лидером Китая Ауру было бы достаточно, чтобы многое узнать о том, кто когда-то звался его учителем.

— Когда-то ты сказал мне, что самым ценным для мага является целостность его личности. Помнишь, Зерхан? Помнишь, как говорил мне, что чернокнижник превыше своей жизни и цели должен ставить один-единственный принцип? Истинное бессмертие, а не его подобие. — Зелёное сияние вокруг Аура стало ещё гуще. Он собирался вывести Зерхана из себя, заставив того отойти от заранее спланированной поведенческой линии, и потому защита Энлиля была ему жизненно необходима. — Истинное, Зерхан. А во что превратился ты?

— Ты говоришь о том, о чём ничего не знаешь…

— Мне известно, что ты стал личом. Так же нетрудно было понять, что уже после ты расколол свою душу на части, предварительно проведя эксперименты на людях с матрицей моей личности. Приятно было экспериментировать на своём собственном ученике?

— Отказываешься понимать. Что ж, я предполагал такой исход, но надеялся на то, что моё слово всё ещё что-то для тебя значит…

— Я не забуду своего настоящего учителя. Но ты к нему не имеешь никакого отношения, Зерхан. Блеклое подобие, преступившее через собственные принципы… А ведь я ещё не узнал и о трети твоих поступков.

— Путь к становлению богом тернист, Аур. Его не пройти, придерживаясь каких-то принципов. Я — уже бог. Единственный, чьё влияние не кануло в лету с течением времени.