Для сведущего человека, естественно.

И вот, спустя несколько дней, Аур вновь открыл глаза в месте, вызывающем опасения и трепет у самых могущественных магов. Ведь человек, как бы он ни старался и как бы он ни готовился, оставался человеком — совершенно ничтожным в сравнении с демонами существом. Не так давно Аур, считавший демонов в лучшем случае неплохими слугами, попытался бы оспорить это утверждение, но всего одна личная встреча с высшим демоном не просто носящим титул князя инферно, но и обладающим цепким, изворотливым разумом изменила всё в корне. Можно ли было поставить рядом бездумно крушащего окружение и убивающего людей монстра — и способную к диалогу, зрящую в самые глубины души Данталион? Годы учёбы и изысканий говорили Ауру, что — да, демоны, будучи неспособными самовольно покинуть своё измерение существами, не так уж и сильно отличаются друг от друга. Те же состоящие из маны и способные сливаться с людьми тела, та же огромная мощь… но так вышло, что раньше Аур не стремился выходить на контакт с демонами, превосходящими его в силе. Этому способствовал отнюдь не атрофировавшееся за ненадобностью чувство самосохранения, подкреплённое опытом нескольких поколений демонологов, труды которых служили фундаментом для юных тёмных магов. Первый и самый главный закон — не лезть в инферно в своём физическом теле. Второй закон — избегать всех демонов, в победе над которыми у тебя нет стопроцентной уверенности. Слепое следование правилам среди чернокнижников никогда не поощрялось, но эти строки выполнялись безукоснительно. Потому что выводили их, макая кончик пера в остывающую кровь решившего нарушить эти правила несчастного…

И сегодня, в эту позднюю ночь, Аур мог подписаться под каждым словом древних чернокнижников, заклинающих своих последователей всеми силами избегать встреч с высшими демонами. Ведь даже десятой части продемонстрированной Данталион в процессе переговоров мощи хватило бы для того, чтобы в одно мгновение разорвать связывающий тело и разум канал, проигнорировав всю установленную Ауром защиту. И что случится тогда? Разум и душа окажутся в инферно без возможности вернуться, что ничем не отличается от смерти. Трудно переоценить личный опыт, но от такого удовольствия Аур, будь его воля, отказался бы, даже несмотря на все выгаданные плюсы. Это был недооценённый, необоснованный риск с минимальным шансом на успех, но здесь чернокнижнику повезло: Данталион увидела в нём потенциал и не убила на месте, хоть и могла. Удача, без которой успеха не достигнет ни одно начинание, оказалась на стороне Аура. Но с той же вероятностью эта капризная девица могла улыбнуться Зерхану, и тогда… несложно представить, какой конец ждал бы проигравшего.

— Итак…

Аур окинул взглядом возвышающуюся среди мистических льдов цитадель, ещё раз убедившись в том, что Данталион была известна среди смертных не за красивые глаза, да и не за прочие выдающиеся достоинства, идеальные в глазах любого человека — неважно, мужчины ли, женщины ли.

Чернокнижники много веков изучали мир демонов, и примерно себе представляли его устройство. Слабый демон — демон без дома, неприкаянный, вынужденный странствовать в ожидании призыва ради выживания. У слабого в инферно нет возможности осесть на одном месте, так как собственная территория есть непозволительная роскошь, для обладания которой нужна превосходящая абсолютное большинство других демонов мощь. Демоны среднего ранга вроде тех, которых использовал Аур для сражений, так же не могли обзавестись даже небольшим домом, но имели возможность обрести покровителя, встав на службу. Выбирать этим гордым одиночкам приходилось между слепым ожиданием шанса — призыва — и вечным рабством в несколько лучших условиях, так что на второе соглашались совсем немногие. Чуть лучше дела обстояли у высших демонов, которые, на самом деле, были не такими уж и высшими: Аур уже не мог поставить рядового князя рядом с демонами, чьи имена чернокнижники увековечивали в книгах.