Возвращаясь к размышлениям о мироустройстве в современную эпоху, маг мог точно сказать, что она стократ сложнее привычных ему порядков. Не было больше крестьян, к которым можно относится, как к скоту. Местами формально, но закон уравнивал всех граждан. Как и везде присутствовали взятки и свойничество, что было ожидаемо и, между тем, не менее разочаровывающе. Сам Аур надеялся, что с развитием человечества будут изничтожены его пороки, но чуда не произошло. Он, словно в свои прежние четырнадцать, будет вынужден вертеться меж сильными мира сего, будто уж на сковороде. Отличия только в силе и знаниях, да меньшей вероятности умереть. Вряд ли кто-то будет убивать простого студента академии, приготовившись ещё и к захвату души, проводить который имело смысл лишь на архимагах и некоторых магистрах, владеющих ценными знаниями. Следующим пунктом шло, как бы странно то ни было, взаимоотношение между «смердами», как про себя Аур называл неблагородных и неодарённых, с представителями аристократии и членами кланов. На бумаге ни те, ни другие не обладали правами большими, чем любой бездомный с улицы, но на деле всё обстояло куда как печальнее… И привычнее. Со слов Каролины, клановые маги и просто аристократы со знатными предками позволяли себе очень и очень многое, вплоть до изнасилований и убийств. Им ничего не стоило заткнуть свидетелей и поставить правоохранителей на свою сторону, а ценились такими хозяевами жизни только сила и власть. Чего тут говорить, если важнейшие министерские посты вот уже полтораста лет как попилены между Великими Кланами, и наследуются соответствующе? Выступать против подчиненной определённым людям правовой машины не рекомендуется никому, но у Аура присутствовало понимание того, что обычно расценивается как проявление характера и силы, а что — как хамство. Благородные рыцари долго не жили ни в одной из эпох, но Аур таким и не был. Он не планировал спасать всех обиженных и угнетённых, но формирование «внутреннего круга» в его планах находилось не на последнем месте. Первый член круга, Каролина, ныне банши, благодарная, преданная и вдовесок сдерживаемая контрактом, служила своеобразным указателем на то, какими должны быть остальные кандидаты. Загрести в свои руки самые яркие таланты поколения никто не даст, но маг был способен и из крепких середнячков сделать опасных и умных людей. Двадцать лет преподавания в Башне, пятнадцать — собственного ученичества, почти пятьдесят в окружении интриг… Такой опыт не забывается.

Третий по порядку, но не по важности пункт — это современная магия. Основные её механизмы были открыты и исследованы даже раньше, чем Аур родился, но с приходом цифровых технологий и машин с высочайшими вычислительными способностями подход к ней просто не мог не поменяться. Когда-то магию творили, держа в руках посохи и жезлы, как неотделимый от чародейства атрибут. После маги научились создавать заклинания без костылей, но временами использовали их как усилители своих возможностей. Сложные ритуалы Аур тоже предпочитал проводить со своим посохом, инкрустированным огромным количеством превосходных кровавых рубинов, но сейчас артефакта не существовало: перед самой смертью тёмный маг изничтожил его, опасаясь нахождения своей гробницы другим опытным магом. Продолжая тему изменения значения концентраторов, мысль плавно перетекала в двадцатый век, ставший, своего рода, прорывным для магии. Тогда вычислительные машины вышли на новый уровень, обрели компактность и огромные возможности. Маги, будучи людьми неглупыми, решили их как-то использовать, начав с исследований, и закончив, в концу пятидесятых годов двадцатого века, искусственными имитаторами интеллектов, способных рассчитывать, оптимизировать и хранить заклинания в своей памяти. Не обошлось без маготехнических нагромождений, с которыми Аур не мог разобраться в силу отсутствия соответствующих знаний, но итог один: маг с современным концентратором был в три-четыре раза опаснее своего «классического» коллеги.