— Ты хочешь большего. Но что именно тебя интересует, Авель?

— В первую очередь, конечно, знания. Но возможность заниматься исследованиями требует и финансов, и знакомств в определённых кругах. Всё это я планировал получить за время обучения в академии.

— Что поменялось теперь? — Директриса заметно напряглась — меньше всего ей хотелось сейчас стать причиной отчисления такого дарования. — Этот разговор не уйдёт дальше этих стен. Принимая пост директора, я принесла магическую клятву, ограничивающую распространение полученной в этих стенах информации.

— «Аналог рабского клейма для занимающих значимые должности? Прямо-таки родиной повеяло…». — Подумал Аур, вписывая в свои расчёты новый факт. Не слишком полезный, учитывая незнание конкретных условий контракта, но и эту малость стоило учитывать. — Миледи, в то время, как я находился в лагере, нашлось наследство моего рода. Достаточно внушительная сумма, которой хватит, дабы я мог начать запланированное несколько раньше. Не буду скрывать: теперь программу академии я планирую закончить за два года, к тому моменту, когда мои одногруппники закончат второй курс. Так, мне исполнится шестнадцать лет, и по действующему законодательству я стану совершеннолетним не только из-за своей одарённости…

— А так же получишь право на основание клана. — Продолжила Екатерина, оперевшись подбородком на сложенные в замок руки. Она, в отличии от Аура, не была вынуждена вертеться, словно уж на сковороде. Ей было нечего скрывать, ей ничего не угрожало… Но несмотря на это директриса отнюдь не чувствовала себя хозяйкой положения. Никто не чувствовал бы, узнав об истинном гении пусть выделяющегося, но всё-таки четырнадцатилетнего студента. Аномалия, не укладывающаяся в привычные рамки. И, что самое неприятное, у Екатерины не было никого, с кем она могла бы обсудить то, что ей выдал Авель. Тем, кому женщина доверяла, нельзя было ничего рассказывать о студентах из-за магического контракта, а внесённым в «белый список» личностям она сама бы ничего добровольно не выдала. Возможно, будь на месте Авеля кто-то другой, то покровительство самого императора было бы воспринято благосклонно, но этот юноша ясно дал понять, что не заинтересован в подчинении кому-либо. — Я не могу сказать, что одобряю твоё отношение к людям. Но и в твоей ситуации постараюсь разобраться… И помочь. Ты ещё неопытен, а ум не заменит того, что приходит с годами.

— Я благодарен за ваше предложение, миледи, но в реализации моих планов помощь будет даже лишней. — Посчитав момент за подходящий, чернокнижник перевёл тему, намереваясь заодно перевести и дыхание тоже. — Но я уже давно хотел поговорить с вами, как с владельцем уникального концентратора. Информации о схожих по форме устройствах практически нет, а я крайне заинтересован в поиске подходящего именно для меня.

На мгновение Ауру показалось, что директриса от этого вопроса-просьбы расслабилась. То было неудивительно, ведь по отношению к тем, кто приходит спрашивать совета, настороженность и подозрительность в принципе несвойственна.

— Авель, я с радостью помогу тебе, но ты ведь не можешь не понимать, что стихийному магу боевого направления лучше подойдёт концентратор, выполненный в виде холодного оружия?

— Меня не интересуют сражения сами по себе, миледи. Ценно лишь то, чего можно добиться с их помощью, а в наше время боевому магу остаётся лишь отстаивать интересы государства. Боевики очень ограничены, в то время как я прежде всего ценю свободу.

Екатерина согласно кивнула — такое заявление отлично вписывалось в составленный ею простенький психологический портрет, в котором было учтёно всё, сказанное ранее.

— Для мага-учёного лучше подойдёт пояс или кольца.