— Ал, суд будет сегодня вечером, и это будет нелегко, — вздохнула она, заставив меня удивиться.

— Что ты имеешь в виду?

— Лучше сам увидишь, — ответила она. — Я же просто предупредила. Люди будут внимательно слушать вину преступников, защиту, наказующих и твой вердикт. Я верю, что ты справишься с любой задачей, но, может все же удастся пригласить на это дело Фарнесию?

— Я думаю, что она откликнется на мой зов, — сказал я, явно успокоив Элси.

— Так что же там такое?

— Сходи в темницу и сам увидишь, — ответила девушка и вновь нырнула в документацию.

Ну хорошо. Я переместился к Мельве и вновь удивился. Тюремщица была хмурой, словно сама не своя. Так, что здесь происходит?

— Ваша светлость, взгляните вон в ту камеру…

— В какую… — хотел спросить я и чуть не поперхнулся, сразу поняв состояние Мэльвы и Элси. Хм… будет сложно.

Глава 21

Неприятная встреча. Справедливость. Приговор.

В камере сидел мальчик, которого я прекрасно помню. Он отправился с нами вместе с Фуюми, маленькой девочкой, цветок которой помог мне попасть в шахту ядерноголовых. У меня были весьма неприятные впечатления от этого ребёнка. Но что он сделал, раз угодил в тюрьму?

— Касай, что ты натворил? — спросил я у паренька. Он же посмотрел на меня, словно волчонок. В его глазах была злость и желание напасть. Вот уж чем я подобное заслужил? Наверное, это благодарность за свободу.

— Ничего, — хмыкнул он и отвернулся, однако мне не нравились те эманации энергии смерти, которые витали вокруг него. Однако печати убийцы на нём не было.

— Воровство, нападение на граждан, сопротивление Гарнизону, сквернословие, — начала перечислять Мэльва, за что получила злобный взгляд от маленького хулигана. Впрочем, перечисленное сложно назвать простым хулиганством, это уже проступки и преступления. — Мне бы, конечно, хотелось отсечь ему пальцы за оскорбления, доставшиеся мне от него, однако я не судья, и не могу так поступить без приказа. Поэтому, ваша светлость, позвольте наказать мелкого преступника.

— Пожалуй, не стоит, — покачал я головой. Как же вовремя удалось договориться с богиней справедливости. Выписывать приговоры детям я пока не готов, даже если меня этот Касай сильно раздражает. Впрочем, я заметил, как с облегчением выдохнул этот мальчишка. — Зачем ты пошел на преступления?

— Есть хотелось, и не только мне, — нехотя ответил он.

— Разве ты сейчас не с остальными людьми из шахты? — удивился я, ведь полагал, что за ними присмотрят взрослые, которые шли вместе с нами в Халаэлению.

— У многих появились свои семьи, так что сироты стали никому не нужны, а работы мне найти не удалось. Многие сейчас разгребают завалы, где нужна сила, которой нет у… — тут он скривился, но всё же продолжил, — ребенка. Какому-либо ремеслу я не обучен. В ученики же пока никто не берёт, так как у самих много проблем. У всех слишком много дел, чтобы замечать нас. Поэтому пришлось отбирать еду у тех, у кого она была. Стражам сопротивлялся, потому что не хотел попасться. Я-то ещё сильный и могу что-то добыть, но Фуюми на такое не способна. — Он посмотрел на меня прищуренным взглядом, одновременно боровшись с собой, чтобы не заплакать и чтобы попросить о помощи. — Помоги хотя бы ей.

— Много таких сирот, как вы? — спросил я, немного изменив своё мнение о мальчишке.