— Мне не нравится такой тон, — она последовала за мной. — Я ведь стараюсь быть вежливой. Почему бы и тебе не сбавить гонор?

— У Адашевых вы тоже так себя ведёте? — я изогнул бровь. — И вас слушают?

— Я думала, мы перешли на ты, Владислав.

— Ого, — выдохнул я, открыв пачку молока и налив себе в стакан. — Как строго. Я и не думал…

— Значит, так, малыш! — её игривое настроение резко улетучилось, и теперь предо мной предстала самая настоящая мегера. Женщина упёрлась руками в стол и грозно посмотрела на меня. — Меня сюда прислали не шутки шутить, понимаешь? Тебе и твоим родственникам угрожает серьёзная опасность. Поэтому выключи своего свободолюбивого мальчика, который сам со всем справится, и позволь нам помочь!

— Ага, то есть я всего лишь ни на что не годный мальчик? А вы, взрослые, способны остановить преступную вакханалию одной левой?

— Да чтоб тебя, Влад! — вырвалось у Ольги. — Я ведь, правда, помочь хочу!

— Знаю, — я залпом допил молоко и убрал стакан. — И благодарю за это. Но я могу и сам протянуть эти несколько дней, пока не вернётся мама.

— Да неужели? — нахмурилась женщина. — А ты в курсе, что из столицы до сих пор не вылетел ни один самолёт?

А вот эта новость меня ошарашила.

— То есть мама не прилетит? — пробормотал я.

— То есть мама не прилетит! — чуть ли не воскликнула Ольга, но тут же сбавила напор, видя моё выражение лица. — Чёрт, прости, Влад. Сама тебя ребёнком называю, и тут же вываливаю на тебя такие новости. Да ещё с самого утра.

— Всё нормально, — выдохнул я и снова открыл холодильник, но на этот раз достал не молоко, а початую бутылку вина. Майор не сказала ни слова, просто молча наблюдала. Откупорив и налив себе «успокоительного», сделал пару глотков, чувствуя, как холодный напиток скользил по горлу. — А от них были какие-нибудь новости?

— Нет, — тихо ответила женщина и покачала головой.

— Дядя?

— То же тишина.

— Плохо, — ещё глоток, и я присел на стул. — И что теперь?

— Ждать, — на лице женщины появилась добродушная улыбка. — Не волнуйся, Влад, всё будет в порядке. Ты ведь сильный малый.

В порядке? Сомневаюсь. Как ей объяснить, что я уже терял семью, и эта трагедия разбила мне сердце. Маленький мальчик, оставшийся без родителей. А потом они вновь появляются спустя почти двадцать лет. Моему счастью не было предела.

Но как только начинаются проблемы с заданиями Абсолюта, отца вызывают в столицу. Потом и дядя резко срывается. И сразу же какой-то карантин, о котором даже в новостях толком ничего не говорят.

И как мне ей объяснить, что всё это связано?! Как сказать постороннему человеку, что моих родителей…

Стоило мне только подумать об этом, как к горлу подступил ком. И даже очередной глоток вина не помог согнать его.

— Если хочешь, можешь выговориться, — Ольга присела напротив. — Обещаю, что всё это останется только между нами.

Я думал лишь пару секунд. Не знаю, стоило ли кому-то доверять, но понимал, что точно не сейчас.

— Мне страшно, — признался я.

— Понимаю, — она продолжала говорить вполголоса. — Это нормально.

— Нет, — я покачал головой. — Я не боюсь остаться один. Мне страшно за них. Они ведь… — вновь ком, но на этот раз мне удалось быстро с ним справиться, — мои родители.