Когда выяснилось что работа за границей для них для всех это дело прошлого, их отношения начали потихоньку затухать и в конце-концов сошли на нет. Тот скандал в Океане был последней каплей.

А тут еще и дедушка, академик Красовский во время очередного семейного ужина рассказал как подвозил в Курганово молодого хоккеиста, память у академика была отменная, поэтому он присовокупил к этому рассказу и имя с фамилией своего попутчика — Александр Семенов.

Поначалу Ника совершенно не придала этому факту значения, отнесла его в разряд курьезов, которые нет-нет да и случались с ее дедом. Но когда в Океане начали «петь осанну» этому парню у неё в голове как будто включилась ЭВМ.

«Если этому мальчику поют такие дифирамбы в шестнадцать, то значит он точно настоящий талант. И ему всего шестнадцать, он наверняка и не знает что такое настоящая женщина. Ну что там у него могло быть? Максимум какая-нибудь сверстница, а скорее всего и ничего. И если как следует поработать то у меня в руках будет то что мне нужно. Ну а то что ему шестнадцать… Молодость это недостаток который быстро проходит», — примерно такие мыслим были в голове у Вероники когда она вышла на охоту.

Окончательно она убедилась в том что Семенов это очень достойный кандидат когда увидела его, этого парня никак нельзя было назвать старшеклассником. Молодой и очень привлекательный мужчина, в котором не было ни намека на юношескую угловатость. Вот кого она увидела.

Плюс ей понравилось то как он себя повёл тогда, не стал тушеваться, а наоборот воспринял её появление как должное. Она сразу почувствовала в нем породу.

Ну а то что Семенов отметелил Анатоля стало финальной точкой. После того как предыдущий воздыхатель упал к её ногам с разбитым лицом, Ника точно знала — Семенов это то что надо.

И она не расстроилась когда его команда была разгромлена Крыльями, скорее наоборот. Это давало отличную возможность…

* * *

— И какой твой план? — спросила у Ники её подруга Шурочка, когда та подвозила её до дома после матча.

— Ну как какой. Завтра вечером я поеду на их базу в Курганово.

— Зачем? — удивилась недалекая Шурочка. Она была из породы идеальных подруг, как будто бы специально созданная для того чтобы на её фоне Казанцева смотрелась наиболее выгодно. Умом не блещет и фигура с лицом такие что и перспективного мужика не уведет.

— Как зачем? Я же тебе много раз объясняла. Мужики, особенно такие как этот, они по натуре орангутаны. Им важно показывать своё превосходство над другими самцами. А сейчас этот самец уязвим. Его стая только что проиграла другой, хотя он и не виноват. Плюс не забудь, он же еще совсем пацан, а значит там самомнение выше пика Коммунизма. Я к нему приеду, и буду слушать и поддакивать. Окажу, скажем так, моральную поддержку. Могу поспорить что он растает и дело в шляпе.

— Ну ты даёшь, Ника! Я бы до такого никогда не додумалась!

— Ну так учись, — улыбнувшись ответила Казанцева.

* * *

Утром у Ники были дела в университете, положение внучки академика давало ей достаточно большую свободу, но совсем уж манкировать своими обязанностями не стоило.

Поэтому она освободилась только после обеда. Заехала домой. Переоделась, серые пиджак и юбка-карандаш, в которых она была на работе показались ей слишком скучными, джинсы, модная клетчатая рубашка и кожаная куртка показались ей более подходящими, поправила прическу, накрасилась и поехала в Курганово.

Где её ждал облом. Как сказал какой-то скучающий на пустой базе работник команда получила выходной.

Решение пришло в голову Нике моментально. Раз уж Семенова нет здесь, то он дома, в Нижнем тагиле.

Правда она не знала его адрес, но в статье в Советском спорте упоминались его родители.