— О да. Работал. Ещё как работал.

— Мой вам совет, — преподаватель перешёл на полушёпот. — Напроситесь в парную командировку с кем-то из девушек-коллег. Все неженатые молодые сотрудники Курьерки ездили в подобные командировки.

— Если, конечно, я успешно закончу стажировку.

— Если, конечно, закончите стажировку, — кивнул преподаватель.

Экзамены этим же вечером — теоретически и практический, на котором нужно было составить логистический маршрут и написать отчёт, я сдал на отлично. В конце вечера состоялось торжественное фотографирование и оглашение результатов.

— Расторгуева Алла Петровна — принята. Елхидер Самира Омеровна — принята. Циммер Эльдар Матвеевич — принят. Мамонтов Лукьян Гаврилович — принят. Коскинен Тукай Микаэлевич…

В итоге, из всего курса не приняты оказались двое — один из них появлялся на занятиях всего два раза, а второй по несчастью заболел именно в день экзамена.

Я зашёл на портал курьерской службы. Теперь я просто был «стажёр», без «новичка», и добавился статус «отличник»:

«Циммеръ Эльдаръ Матвеевичъ. Подпоручикъ. Рангъ: стажёръ. Рейтингъ: 5,0 балловъ. Выполненныхъ поручений: 2. Заработано премиальных: 150 руб. Характеристики: учтивый (1), скоростной (1), приятный собеседникъ (1), отличник (1)».

Поручений стало почему-то два, зайдя в список, я обнаружил там также «особое поручение — окончание курсов, успешная сдача экзаменов».

— Кто-то обещал проставиться? — подошёл к нам Тукай. — Предлагаю культурно посидеть в кальян-баре. В десяти минутах отсюда, «Факир».

— Я не курю! — нахмурился Мамонтов.

— Я тоже, — сообщил я. — Но посидеть не против.

Честно говоря, я соскучился по вот этим вот вечерним прогулкам толпой по столичным улицам. Одновременное и чувство безопасности, и чувство единства. Осталась меньше половины группы — большинство было иногородних, и они поспешили на самолёты и поезда.

В дороге у меня зазвонил телефон. Номер не определился.

— Слышал, что заканчиваешь курсы, — услышал я голос отца. — От Эрнеста новости пришли. Похвально. Деньги за учёбу в университете вернулись, но перечислю тебе их только, когда пройдёшь испытательный, как и договаривались.

— Спасибо, — кивнул я. — Всё правильно.

В этот раз, судя по голосу, он был более удовлетворённым.

— Ещё… Эрнест спросил ещё раз про одну записную книжку. Я верно понимаю, что тут нет поводов для беспокойства?

— Нет никаких поводов. Нет ничего такого, что могло бы повредить твоей репутации.

— Рад слышать. Как… сам-то? Женщины?

— В работе, — кивнул я.

— Мне кажется, ты реально изменился. Ладно, время. Созвонимся.

— Увидимся, — кивнул я, хотя в последнем не был сам уверен.

Шедшая рядом Алла подслушала и спросила:

— Кто это? Так строго говорил. Как с мафиози каким-то!

— Так и есть, — засмеялся я. — С мафиози!

Когда сели — говорили о всяком. Лукьян сначала чувствовал себя некомфортно и привычно пытался перевести тему на хвастовство, пытался рассказывать о семейном бизнесе, но центром внимания оказался Тукай Коскинен. Долго беседовали о мобильных и компьютерных технологиях и обменивались контактами.

— Циммер… — вдруг обратился ко мне Тукай. — Расскажи, почему ваши мобильники так плохо записывают видео?

— Вопросы к моей тётке, полагаю. Хотя она там уже больше как консультант.

— Отличный бренд. Жаль, что распространены только в Уральской Сети.