Пришлось найти несколько знаков, чтобы определить направление. Часть была утрачена вместе с храмом, часть ещё сохранилась, так что мне удалось найти деревянную, укреплённую металлом дверь в подземелье. Дернув за цепь, я приподнял её, пропуская внутрь через довольно узкую щель своего командира, который придержал её внутри, чтобы пролез уже я.

Тут было темно, но не настолько, чтобы пространство казалось непроглядной тьмой. Тут явно присутствовала система зеркал, с помощью которых пространство и освещалось, вот только они были достаточно сильно запылены, и от сильного сконцентрированного лучика, собранного множеством стекол, остались крохи. А может, это просто из-за ночи, чего гадать? Но самое главное… откуда я это, Аид меня побери, знаю?

Но всё же Митрокл нашёл уже сухой факел, попросил у меня огниво, после чего умудрился минут за пять разжечь пламя. Я только поражался его мастерству и терпению. Явно отец его воспитывал в строгости. И это в какой-то степени вдохновляло. Он сохранял спокойствие, когда узнал о первых моих особенностях, он сохраняет его и сейчас, узнав о моей природе.

Дальше вёл уже я. Царевич только освещал наш путь, позволяя выбрать правильный маршрут. А я откуда-то знал, как и куда тут идти, словно бегал тут тысячи раз, прячась от чего-то или кого-то. В голове всплывали схемы этого места и мои глупые смешки над ними, так как я их и так идеально знал.

Память восстанавливалась. Моя память. Собственная. Вроде это и мелочь… но воспоминания про этот тоннель начали подтягивать и другие фрагменты памяти. Материнскую заботу, как она приносила мне кружки с водой, прося оторваться от свитков, в которых я зарывался. Отцовскую строгость, который откуда-то редко возвращался, но часто более богатый, чем ранее. Всё это приводило к тому… что я узнавал самого себя.

— И всё же… не зря мы сожгли то тело, — глупо улыбался я, после чего быстро поведал командиру про те фрагменты памяти, которые всплыли в моей голове, но он на это ничего не ответил, даже не изменился в лице.

Вышли в итоге из тоннелей мы в северо-западной части города. Тут были в основном плебеи и их деревянные халупы. Они сгорели целиком, так что людей тут не наблюдалось. Вообще. Даже патрульных не было, они находились чуточку южнее и не могли в ночной темени нас заметить.

Дальше мы шли как-то на автомате. На этот раз первым двигался Митрокл. Факел он потушил и выбросил ещё в подземных ходах, так что мы частенько спотыкались обо что-то и тихо ругались. Но шли всё же больше на морально-волевых. По крайней мере я. Доспехи снять не было возможности, иначе бы они потерялись. Снять на длительный период.

Но в итоге мы дошли до весьма богатого здания. Это было чьё-то имение, но чьё именно — я не помнил. Да и не бывал я часто тут. Всё казалось каким-то… чересчур. Вот просто чересчур… масштабным, мраморным, даже пафосным! Статуи прекрасных обнажённых дев. Статуи мыслителей. Статуи воинов. Барельефы. Картины. Дорогая и красивая мебель. Это точно не жилище спартанца, а погрязшего в своём тщеславии слабака.

— Взяли и свалили всё в кучу, — недовольно пробормотал царевич. — А могли отдать нашим мастерам, они бы на полезное дело всё это пустили… эх… стулья-то были хорошие… зачем их выкинули?

Ответ мы получили практически сразу, как только вошли. Тут лежало множество трупов, причём достаточно свежих. В темноте не было видно, что там с самой мебелью, но я на миг выскочил, осмотрел её и убедился, что она вся к чертям поломана. Значит, тут был бой. Нашли затаившихся тварей, после чего ликвидировали.

Ну а те, кто ликвидировал угрозу… сейчас сидели и нагло хлестали вино из подвала, напевая какую-то песню при этом.