Так, уж можно бы и пообедать. Но нет, вызов дали. Поедем на боль в груди у женщины сорока семи лет. Нет, с непрофильными вызовами я давно уже смирился. Просто непонятна мне позиция нашего руководства, которое вот так просто и непринужденно кидается специализированной психиатрической бригадой.

Больная, худощавая женщина с недовольным лицом, прямо с порога приказала:

– Так, сначала бахилы наденьте!

И тут стали понятны два момента: хороший и плохой. Никакой экстренной помощи здесь не требовалось. И это хорошо. Больная – дама скандальная. И это плохо.

– Что случилось, что вас беспокоит?

– Вот здесь, где сердце, прямо как ножом пронзает.

– Больно только при вдохе или постоянно?

– Нет, только при вдохе.

– Понятно, сейчас ЭКГ сделаем.

А вот тут-то и поджидал нас неприятнейший сюрприз от чужого кардиографа.

– Блин, сплошная наводка, вообще ничего не читается! – раздосадовано сказал Виталий.

– А ты провода расправь, кабель включи-выключи! – посоветовал я, пытаясь ухватиться за тонкую соломинку.

– Да бесполезно все это, – ожидаемо ответил он.

«Ну вот, япона мама, начинается веселуха!» – с досадой подумал я. И точно!

– У вас что, прибор не работает? – настороженно спросила больная.

– Да, он изломался. Сейчас мы попросим какую-нибудь бригаду привезти нам другой кардиограф.

– Нет, а как же вы едете на вызов с неисправным прибором?

– С утра он был исправен и прекрасно работал. Поломался он только что.

– Да что же там у вас за бардак на скорой? То исправен, то неисправен! Вы свои приборы вообще, что ли, не проверяете? Ездите наугад, повезет-не повезет… Ладно, вызывайте, пусть привозят.

Вызвать-то я вызвал, вот только ожидание обещало быть долгим: ведь бригада же мгновенно здесь не материализуется.

– Да из-за вас и умереть можно… – продолжила она выражение недовольства.

– Не умрете, это я вам гарантирую!

– Это с чего такая уверенность?

– Уверенность, конечно, неполная, процентов на девяносто восемь, но никакой сердечной патологии у вас нет.

– Как вы это можете утверждать, если не сделали ЭКГ?

– Просто по симптомам. Сердце никогда не болит только на вдохе. Уж если оно болит, то постоянно.

– Ну-ну, посмотрим… Ладно, может тогда кофе попьем?

– А знаете, не откажемся!

– Вот конфеты, печенье, угощайтесь, сейчас колбаски нарежу. И вот салат, я прямо как знала, целую плошку наделала. Так сейчас быстренько котлеты пожарю. Не-не-не, не отказывайтесь, знаю я, как вы работаете, вечно не евши-не пивши-не спавши!

– Спасибо вам большое!

– Скажите, а почему вас трое? Ведь обычно ездят по двое, а то и вообще по одному?

– Да просто мы – бригада интенсивной терапии, так по приказу положено, – привычно соврал я.

– Вон, оказывается, какие серьезные люди ко мне приехали! Слушайте, а может ну его нафиг этот кардиограф, а? У меня уж давно все прошло.

– Да знаете, уж как-то неудобно, бригада уже в пути.

– Ну ладно, подождем. Давайте еще кофейку налью и колбасы подрежу. Ой, а ведь у меня еще и сыр есть! Эх, жалко, у меня ничего горячего нет! Я ведь одна живу, готовить не для кого.

Во, приехали, наконец-то, спасли нас от переедания! Ну что, как и ожидалось, с сердцем у нее все было в порядке.