— Дочь Садовского зовут Людмилой? А чулки эти… не для нее? — спросил Константин Семенович, перекладывая пакеты с капроновыми чулками с места на место.

Волохова поняла вопрос по-своему.

— Кто их знает! — со вздохом сказала она. — Может, и она украла да у него спрятала. Отпетая девчонка!

— А вы не знаете Капитонова? — неожиданно спросил Горюнов, глядя в упор на женщину.

— Капитонова? — переспросила Волохова. — Нет. Не знаю.

— И никогда не слыхали такой фамилии от сына?

— Не слыхала. А как его зовут?

Константин Сергеевич раскрыл заводской пропуск.

— Виталий Ильич.

— Нет. Ни разу не слыхала, — охотно ответила она. — Вообще-то у него много всяких знакомых, но такого не слыхала.

— Ну хорошо. Сейчас мы закончим наш разговор. Если вы мне понадобитесь, я вызову.

— А как же с передачей? — спросила женщина, и снова в ее глазах появилось испуганное, робкое выражение.

Константин Семенович посмотрел на Волохову и усмехнулся. Было досадно, что весь их разговор прошел впустую. Но разве можно ее винить? Разве всегда простые, давным-давно известные мысли помогают и более культурным людям? Нет. К сожалению, и среди образованных родителей не очень много таких, которые понимают законы воспитания и правильно строят свои отношения с детьми. Чаще можно встретить родителей, которые хотя и не читали педагогической литературы, но каким-то чутьем, инстинктом угадывают, как следует воспитывать своего ребенка. Здесь, в уголовном розыске, Константин Семенович много раз убеждался в этом.

— Передачу можете оставить здесь! — сухо сказал он. — Что вы ему принесли? Покажите.

Женщина торопливо развязала узелок. В нем оказались три пачки папирос, несколько яблок, две плетенки с маком, пачка сливочного масла и завернутый в газету небольшой пакет.

— А что в газете?

— Тут конфетки. Ириски он любит.

— Ириски любит? — спросил Константин Семенович, намереваясь вытряхнуть конфеты из кулька. — Водку он тоже, наверно, любит. Вы ему и водку покупали на свою зарплату?

— Конфеты не я покупала. Дружок у него есть…

— Какой дружок? — насторожился Константин Семенович.

— Молодой человек. Очень хороший. Вежливый такой, образованный… Если бы Гоша с такими водился, ничего бы этого не было…

— Как его фамилия?

— Зовут Олег, а как по фамилии — не знаю.

— Часто они встречались?

— Тоже не могу сказать. Я его два раза видела… Как-то весной пришел, а второй раз вчера. Пришел очень расстроенный. Жаль, говорит, мне Гошу. Мы с ним были друзья, а вот не слушал, говорит, меня… Я заплакала, конечно, а он стал меня утешать. Спросил насчет передачи и сегодня утром принес вот яблоки, ириски, масло. Всё на свои деньги купил. Заботливый такой мальчик! И одет хорошо. Видно, что сын богатых родителей, — со вздохом закончила Волохова.

— Конфеты он так и принес? В газете?

— Да. Так и велел передать.

— А что он вам еще сказал?

— Больше ничего такого… Спросил насчет Людмилы, заходила она ко мне или нет.

— Когда он собирался к вам еще зайти?

— Ничего не сказал. Сказал, что зайдет, а когда — не сказал.

— Ну хорошо, — медленно проговорил Константин Семенович, поднимаясь.