С утра я вновь разбавила лекарства главы и пошла к архивам в отличном настроении. Если всё получится, и Свай уступит своё место Дрою, то сегодня ночью я отправлю к главе последнего бога смерти, который скажет, что решил продлить жизнь Сваю при условии, что тот больше не станет вмешиваться в политику и заживёт мирной жизнью в деревне.

Сидя в архиве, я только и думала о том, какая же это ужасная штука — ожидание. Эх, как же сильно оно меня убивало. Я надеялась, что за мной придёт Дрой или Кита с хорошими новостями ещё в середине дня, однако они почему-то совсем не спешили. Время же тянулось до ужаса медленно. В итоге, за те двенадцать часов, что пришлось отсидеть в чёртовом подвале, я успела накрутить себя до катастрофы вселенского масштаба. Когда же наступило уже восемь вечера, а Кита по традиции за мной так не пришла, я побежала со всех ног за хоть какими-нибудь новостями.

Слава всему, Кита была у Дроя. Девушка плакала у него на груди. Как только я вошла, та повернулась ко мне с глазами, полными отчаяния, после чего вновь отвернулась и продолжила лить слёзы в рубашку Дроя уже с новой силой.

— О боги, Кита, что случилось? Неужели кто-то умер? — Спросила я, изобразив полное непонимание.

— Ещё нет… — Вытянула из себя девушка сквозь слёзы. — Но мой отец… Он… Отец уже попрощался с жизнью. Он отдал последние распоряжения, как глава клана. Он уверен, что умрёт сегодня ночью. Я не понимаю, почему, но он как будто точно это знает…

— Хм. И какие же распоряжения отдал глава? — Переспросила я с задумчивым видом.

— Он благословил меня и Дроя, пожелал нам счастья. Более того… Дроя, которого до этого совсем не жаловал, отец… Отец сегодня передал ему пост главы клана… Это… Отец… Он сказал, что к нему приходил сам Эрод, и что его смерть уже неизбежна… Отец попросил меня защитить племя и позаботиться о себе, сказал, что я должна прожить счастливую жизнь…

Кита разрыдалась пуще прежнего, Дрой же только и мог, что гладить её по голове и утешать, что всё будет хорошо. Конечно, в моей душе остался неприятный осадок из-за того, что пришлось обмануть подругу, однако другого выхода просто не было. Либо так, либо способ Ли — то есть убийство. Сейчас Кита плачет, но завтра, когда отец не умрёт, наверняка будет счастлива. Плюс ко всему Дрой стал главой, и мы своего достигли. Думаю, на какое-то время муки совести можно и притушить.

— Вета, есть ещё кое-что, — вдруг сказал Дрой, когда Кита уже слегка успокоилась. — Пришло письмо от Нурида. Он пишет, что с Ли всё в порядке, и она вернётся к нам уже завтра.

— Правда? — Я тотчас оживилась. — Дай взглянуть!

В записке, которую мне протянул Дрой с явным неодобрением на лице (похоже, связь Нурида и Киты ему действительно не нравилась), было написано: «Дорогая Кита, с прискорбием сообщаю, что мой план по обольщению твоей подруги провалился с треском. К сожалению, богиня красоты оказалась до жути несговорчивой и продолжает отвергать мою искреннюю любовь. Знала бы ты, как мне сейчас больно. Со слезами на глазах я складываю оружие, ведь опыт подсказывает, что связываться с влюблённой девушкой — только себе дороже. Свет моих глаз вернётся к вам уже завтра. Наша договорённость всё ещё в силе, так что не забывайте высылать мне свежие стейки.