Спутник Ашы с момента, как мы установили стол, опять сверлил меня нехорошим взглядом. Однако, видимо, слишком хорошо знал свою спутницу, потому молчал, только болезненно морщился, когда эльфийка в очередной раз называла его «Пипи». Ну и еще потому что уже почти умял в одиночку запеченого гуся, извлеченного им из своей монументальной котомки. Готов поспорить, у него там еще три-четыре птичики припрятано, не считая более легкого перекуса.

— Пять лет службы на полном обеспечении и обучение с нуля всему, что нужно наемнику! Пять лет отработки по контракту, отдавая половину прибыли, и потом Гильдия разрешает заниматься чем хочешь и где хочешь! Представляешь, вот это стальное великолепие, индивидуально изготовленное по фигуре — отдают насовсем! И ремонт потом со скидкой, если что случится — только про членские взносы не забывай.

Занятно перевоплотилась цепочка фракционных квестов на топовую гномью снарягу. Вот только…

— Вижу, Анфилады вложились в освоение пограничных земель, причем активно привлекая на это дело всех желающих, — покивал я. На язык просилось «загребают жар чужими руками», но ради так радующейся исполнению своей мечты Аши я смягчил формулировку. Обижать девушку не хотелось: эльфийка словно лампа свет излучала вокруг себя чистую, незамутненную радость. Перегрин вон вообще подсел на этот эффект. Даже позволяет себя обзывать.

— По ту сторону гор орден Истребителей скверны выбивает чудовищ и сдерживает племенные рейды, а у нас — некому было, — объяснила мне она, мечтательно закатив глаза. Правда, тут же вздохнула. — Жаль, меня не возьмут…

— Почему это? — удивился я. — Тем более, через пять лет, когда твои обязательства истекут. У тебя будет опыт борьбы со скверными отрядами и чудовищами…

— Ты правда, правда так думаешь?! — перебила она меня.

— Правда, — я откровенно не понял причину такой бурной реакции: Медальон Изыскателей надежно заныкан, собственной ауры у него не больше, чем у брачных браслетов на руке. То есть даже если и у этой эльфийки предположить сверхчувствительность к магии, опознать она его все равно не может. — А почему…

— Ты тогда поверил, что я смогу стать искательницей приключений, взял меня с собой — и вот у меня получилось! — с совершенно счастливой улыбкой разъяснила мне Аша. — Значит, меня точно возьмут! Теперь я еще больше буду стараться за эти пять лет, чтобы лучше подготовиться!!!

Тут Дипперстоун звучно приложил ладонь к лицу. В смысле, получилось настолько громко, что обернулись к нему не только мы, но и попутчики с соседних лавок. А старатели так и вовсе попрятали под стол свои баклажки с подозрительной мутной жидкостью.

— Пипи, ты чего? — осторожно поинтересовалась у гнома эльфийка.

— Ты собираешься скинуть одну кабалу и тут же влезть в другую, — простонал он. — Как я еще должен реагировать? А все из-за этого твоего…

— Быть Истребителем не кабала, а великая честь! — резко возразила Аша. — Туда принимают только чистых душой и сердцем! Потому-то они сразу видят Скверну, как бы та не притворялась и в ком бы не пряталась…

— То есть — чокнутые фанатики! — отрезал гном, не дослушав. — Мы же говорили: вот отработаем долг, собственную компанию обоснуем…

— Погоди-погоди, я помню этот разговор, — нахмурилась светлая. — Ты мне еще сказал: «у них такие требования к рядовым, ни ты, ни я, не подходим.»

— И повторю! Ладно пять лет строем ходить в столовую, это еще можно потерпеть. Но подписаться на всю жизнь таскать на себе железо, даже ночью, и жрать холодную кашу с обязательным нормативными комками — только фанатик и может!

Господи, что за каша у магистратовских поваров получается, что аж за пределами Ордэра о ней такие легенды ходят?!

— Да как ты… — ресницы девушки дрогнули, голос упал до шепота, последнюю фразу я вообще прочитал по губам.