Собеседник пилота, полный мужчина лет пятидесяти пяти, с нашитыми на камуфляже погонах матерчатыми звездами генерал-полковника, сразу стал серьезным. Командующий всеми землянами-пилотами, генерал-полковник Василий Клебанов, мгновенно представил, что могли натворить десяток штурмовиков хинков, оказавшиеся поблизости от базы хасков. Транспорт с полутора сотнями тысяч землян был уничтожен одним таким ромбом, и на это ему понадобился только один, удачный выстрел плазменной пушки.

— Да, это серьезно. И как? Ты, что их всех уконтропупил?

Соболев только кивнул головой. Про этот невероятный бой у него не было сил даже рассказывать.

— Ну, ты молодец! — Похвалил генерал, и похлопал лейтенанта по плечу. — Ас! За это тебе бы надо звездочку на грудь повесить.

— Служу Великой России, — устало пошутил Соболев.

— У тебя есть еще сигареты? — Спросил Клебанов, давно и жадно глядевший на сигарету пилота.

Тот подал ему пачку, и генерал жадно закурил.

— "Кент"? сойдет и это. Хорошо то как. Мои еще вчера кончились. Не представляю, как мы там, в космосе, будем без курева и спиртного. Хорошо, хоть баб полно, на всех хватит. Ну, все, я свою задачу выполнил, мои пилоты вернулись все и в срок. Пошли, надо тебя где-то разместить.

— А что, мест на борту уже нет? — устало пошутил пилот.

— Тебе найдем. Хотя зря смеешься. Это не так просто, как ты думаешь. Эти америкосы совместно с хасками придумали там целую систему, мать вашу. Кстати, лучше, чтобы быстрей завалится на нары. Скоро хаски должны разогнаться до сверхсвета. Хозяева обещали при этом какие-то очень неприятные ощущения.

Первое, что поразило Соболева внутри корабля, это даже не обилие людей, а запах. Это было что-то трудно объяснимое, где смешались запах людского пота, мочи, каких-то странных, необъяснимых специй. Чем-то это напоминало запах плацкартного вагона на полке, приближенном одновременно к ресторану и туалету. По обширной анфиладе помещений навстречу им, и попутно с ними, шел нескончаемый поток людей. Соболев не знал, куда они все идут, и зачем, но это походило на час пик в московском метро, только лица пешеходов были самые разные, и пилот иногда не понимал, какой нации тот или иной человек. Негры, китайцы, арабы, явные папуасы, одетые столь же мало, как у себя на родине. Навстречу пилоту прошла стайка молодых негритянок, босиком, в одних юбочках, в амулетах, с открытой грудью, и Соболев с трудом смог оторвать взгляд от этих аппетитных, упругих даже на взгляд, даров природы. Он не удержался и обернулся вслед девчонкам, и тут же увидел, как одна из них оглянулась на него, а потом, хихикая, что-то сказала своим подружкам, ткнув пальцем в его сторону. Те начали оборачиваться в сторону пилота, разглядывая его, и Сашка тут же торопливо отвернулся, чуть-чуть даже покраснев с досады.

— Однако, какая тут вонь, — пробормотал он, пробираясь за Клебановым по коридорам линкора, — просто дышать нечем.

— А что ты хочешь? Семь с лишним миллионов людей на таком маленьком пространстве, — добродушно пояснил Клебанов. — Никто ведь на такое не рассчитывал. Набздели земляне от всей души. Система вентиляции не справляется с очисткой, но наши ученые грозятся все отладить. Да, и ты тоже принюхаешься со временем. Я вон, уже давно не замечаю этого.

— И за какое время они тут так… набздели?

— Ну, заселять начали месяц назад. Но самый вал пришелся недели две назад. Завезли много народу с Океании и Востока, отсюда этот запах местных специй.

— А, то-то я почувствовал запах родной, московской шаурмы, — пошутил пилот. — Где ты меня поселишь?

— Мы тут отжали для себе один такой вот, — он показал руками вокруг себя, — отсек, рядом с рубкой.