У «них» десятилетиями могут находиться при власти правительства, сформированные меньшинством. У «них» президенты, имея формальное право отказать, тем не менее, вносят кандидатуры премьеров, находящихся в оппозиции к главе государства. У «них» гаранты конституций тянут до последнего, используя все возможности избежать роспуска даже тогда, когда для последнего существуют все правовые основания. У «них» права оппозиции, равно как и обязанности оной, формализованы минимально, но никому не приходит в голову нарушать первые или манкировать вторыми.

А что у «нас»? На днях, во многом благодаря стараниям оппозиции, с поста главы Госкомтелерадио был смещен снискавший одиозную славу Иван Чиж. Плодами усилий противников власть быстро воспользовалась, без особых проблем посадив в опустевшее кресло «своего» Эдуарда Прутника. В цивилизованном государстве сторонники режима вполне могли бы предложить эту должность своим оппонентам. В качестве дружеского жеста, в надежде на дальнейшее плодотворное сотрудничество. Глупость, скажете вы? Ладно, не станем спорить. Ограничимся замечанием, что в цивилизованном государстве глупостью считалось бы само существование ведомства, подобного нашему Госкомтелерадио.

Есть пример куда серьезнее. 13 сентября, по предложению оппозиции из Блока Юлии Тимошенко на голосование сессии ставится вопрос о создании временной следственной комиссии Рады, которой предстоит изучить обоснованность пересмотра тарифов на газ. Большинство идею подхватывает и… переосмысливает. Комиссия создается, но руководить ею поручается не предложенному БЮТ Сивульскому, а представителю правящей коалиции Александровской. Но и это не все. В перечень задач, стоящих перед новообразованным органом, вписывается еще один пункт — проверка законности списания долгов компании, к которой имеет непосредственное отношение лидер оппозиционного блока Юлия Тимошенко. Последняя тут же обвиняет руководство парламента и большинство в нарушении регламента и Конституции, а ее соратники благополучно блокируют трибуну, в очередной раз срывая работу и без того неблагополучного законодательного органа.

Обязан ли был парламент рекомендовать на пост главы комиссии именно оппозиционера? В принципе, не обязан. Мог ли поручить комиссии заняться еще одним расследованием? В общем-то, мог. Мы не станем сейчас разбирать обоснованность претензий оппозиции по поводу нарушений формальной процедуры рассмотрения вопроса. Посмотрим на проблему шире. Даже если подобное решение было проведено без крошечного сучка и малейшей задоринки, но антидемократично по своей сути. Ибо, в соответствии с его смыслом, часть политикума лишила часть избирателей права контролировать действия власти. У большинства были основания сомневаться в законности списания долгов ЕЭСУ? Они могли сформировать еще одну комиссию и озадачить ее разбором данной проблемы. И на это они имели полное и юридическое, и моральное право. Но оппозиция имела такое же право проверять «на вшивость» власть. Ей в этом праве не просто отказали, а отказали с особым цинизмом. В приличной стране власть должна была бы сама предложить оппозиции сформировать подобную комиссию и умолять идейных противников делегировать своего ставленника на пост ее руководителя. Но, как выясняется, соблюдение интересов меньшинства не входит в круг интересов большинства.

Первый открытый конфликт Ющенко и Януковича случился из-за так называемой контрассигнации. В августе-сентябре 2006 года Ющенко подписал семь указов и направил в секретариат Кабмина на контрассигнацию. Данные указы касались проходных тем — назначение послов и судей, ликвидация военного суда — при Кучме такие указы подписывались и контрассигновывались в рабочем порядке. Янукович — указы не контрассигновал и заявил, что все, что поступает с Банковой он подписывать, не глядя не собирается.