— Походу, мне надо пройти с эвьером Венчивейю краткий курс биологии драконьего мира, — улыбнулась я, вздохнув с облегчением. Никаких насекомых, счастье-то какое!

Некс покрутил головой, но промолчал. Ничего, я спрошу его позже, что он скрывает. Темнит ведь, к гадалке не ходи!

Двери распахнулись, и толстая драконица в простом платье служанки принесла поднос с кубками и странным чайником, вырезанным из куска дерева. Я нутром почуяла, что это чайник, и в нём чай. Аромат диковинных трав, не похожих на наши, разлился по столовой. Господи, неужели я наконец нашла хотя бы чай в этом мире?

За мной поухаживали, налили в кубок горячей зеленоватой бурды, от запаха которой сразу закружились, запутались мысли, а, глотнув, я с удовольствием зажмурилась — вкусно, боже, как вкусно! И даже сахара не надо! Впрочем, похоже, с местным чайком пили мёд, поскольку Азур предложил мне положить кусочек сот с блестящим «натуральным сахаром» в кубок. Впрочем, я отказалась. Сначала надо посмотреть на этих пчёл. А пока попью просто чай…

А потом я улетела куда-то высоко на пушистом облачке, а может, и на крыльях, в общем, воспарила, вознеслась, и закачалась невесомо… И так было хорошо, что улыбка поселилась на моём лице, как и покой в душе. Даже подумала грешным делом, что меня чайком отравили, но внезапно проснулась от толчка. И вправду — оказалось, что я парю. Но не на крыльях и не на облачке, а на сильных мускулистых руках.

Азур заметил, что я открыла глаза, и улыбнулся:

— Спите, эсси, спите.

— Куда вы меня несёте? — слабо шевельнулась, но двигаться не хотелось.

— В ваши покои, королева.

— А где Некс?

— Некс? Наследник? — не понял сразу Азур, но голосок мальчика из-за его плеча успокоил меня.

— Я здесь, Маша.

— Ну тогда всё в порядке, — сонно пробормотала я и снова закрыла глаза. Кто бы что ни говорил, а с Азуром я чувствовала себя в полной безопасности.

И сны мне никакие не снились, кроме этого покачивания на облаках. А потом я проснулась и не сразу поняла, где нахожусь.

Спальня была маленькой, но очень свежей и просторной. Из мебели — большая кровать, на которой я разлеглась звездой, потеснив Некса на самый край, да шкаф, видимо встроенный в кору дерева. Окно было открыто, и лесной воздух, пахнущий хвоей, наполнял комнату, шевеля балдахин над постелью. У меня в ногах свернулась клубочком Кася. Вот так и знала, что эта зараза спрячется в одной из корзин с вещами! Баська, небось, тоже нелегально приехала во дворец — эти две словно попугаи-неразлучники.

Кстати, о попугаях. Пашка сидел, нахохлившись, на спинке грибного стула и покачивался во сне. Когда я зашевелилась, Кася сердито шикнула:

— С-с-спи ещё, рано-о-у…

— Маша королева, королева, работать, Маша! — сонно отозвался Пашка, встряхнувшись по-собачьи, и снова засунул клюв в перья на спине.

— Куда спать, всю жизнь просплю, — буркнула я, вставая. — Некса не разбудите!

Обследовав спальню, я нашла дверь в туалетную комнату с песочком. Здесь он не был таким ровным и меленьким, как в замке, но функцию свою выполнял отлично. После туалета я вышла в залу и усмехнулась. Картина маслом меня умилила.

Азур, скорчившись чуть ли не вполовину, спал, похрапывая, на коротком широком диванчике. На лице его блуждала улыбка, большие руки и ноги были сложены каким-то невероятным образом, как могут спать только борзые — чуть ли не в штопор закрученными. Покрывало в горошек сползло почти на пол, и я поправила, натянула на сильное, но беззащитное тело. Азур не проснулся, только поворошился и пробормотал что-то неразборчивое. А я обнаружила под покрывалом Басю, греющуюся под боком у дракона.