Мне оставалось плавно вести машину без навигатора, позволяя памяти реципиента самому выбирать дорогу. Даже жалко, что недолго, я бы еще таких баек послушал — из них картина мира гораздо более полной складывается. Но «Колычев» находился совсем недалеко от центра. Припарковавшись на их стоянке, мы направились в ресторан.

Первый пару патрульных обнаружили на входе. Переминаясь с ноги на ногу, они просто стояли и курили. Завидев «Даймлер», парни лишь проводили его взглядами, но когда оттуда вышла Андрющенко, которую они, видимо, знали в в лицо, оживились.

Выслушав несколько виноватых реплик, мол, «да, а чё мы реально с аристо сделать могли?», рыжая лишь рукой махнула, пробурчав себе под нос что-то про хитросделанных «пэпсов». На входе ткнув "корочкой' в нос охраннику заведения, Стелла уверенно прошествовала внутрь. Я же поймал себя на мысли, что до окончания стажировки меня, как телёнка, будут таскать за собой девушки. Непривычно!

Навстречу девушке, которая уже продемонстрировала символ власти, тут же выскочил управляющий ресторана. И сразу же, с ходов начал расписывать, как пострадало их заведение, и о том, как «преступное бездействие ваших коллег, госпожа капитан», увеличивает убытки чуть ли не ежесекундно. По крайней мере, в начале он назвал сумму ущерба в двести тысяч рублей, а когда мы уже подошли к блокированному от остальных посетителей залу, она выросла до трёхсот. Моральный урон, что ли, он туда включил?

Стелла с ним вела себя предельно профессионально и корректно, в нужных местах кивала, произносила: «Разберемся», «Закон для всех один» и «Вы совершенно правы». Попытку подлизаться через комплименты тут же пресекла холодно, но вежливо. Умничка, даже зауважал ее.

В закрытом зале у нас имелось три перевернутых стола, еще один разбитый (или раздавленный, будто на него бегемот присел). Стулья в художественном беспорядке, осколки битого стекла и лакированного дерева, а также второй наряд полиции и орущий детина, размером с гориллу. Другой, чуть ли не его брат-близнец, вёл себя куда более спокойно. Только злобно зыркал по сторонам и светил фингалом под глазом.

Двое патрульных даже не пытались урезонить скандалиста, лишь не давали ему покинуть место происшествия до подхода тяжелой артиллерии. Нас со Стеллой, в смысле. М-дя, герои! Давно бы уже положили обоих мордой в пол, надели наручники и увезли в отделение. Меня же не постеснялись сегодня утром так на работу доставить!

А потом до меня дошло. Постовые не особо вникали, кто перед ними на самом деле. Ну, если сравнить с утренним эпизодом. Там была драка на улице и довольно спокойно ведущий себя человек в хорошем костюме. Такого грех не забрать. А тут — дорогой ресторан, и безостановочно брызжущий слюной верзила. У которого на шее цепь из золота можно было смело использовать в качестве якорной для какой-нибудь небольшой яхты.

Короче, как не очень опытные (или не очень умные) люди, молодые «пэпсы» решили, что второй типаж для них опасней. Это я, с памятью Михаила, хорошо видел, что дебоширы — обычные купцы. А вот они — нет. Приняли за дворян.

Из рассказа управляющего, мы уже знали, что тут произошло. Гуляло две компании, крепко пили, а потом у одного из сорящего деньгами купца, того, кто сейчас орал, снесло крышу. Начал задираться, да не учёл, что за соседним столиком все такие же борзые и пьяные.

Слово за слово и — картина маслом. Ничего такого, на что действительно нужно тратить время работы уголовного розыска. Банальнейшая хулиганка. Впрочем, нам лишь нужно было без скандала доставить гуляк в заведение. Как просил Пушкарев — видать, тоже перестраховывался.

Стелла скривилась. Я видел, как у нее на лице промелькнуло несколько выражений, будто она маски примеряла. И выбирала с какой из них подходить к неадекватным представителям торгового сословия.