Хотя стоп, а не рано тебе, Боец, в святые Палестины? Ты что, забыл? Старый стал или боль прошла? Понятно, что проект был тебе важнее всего. С ним теперь все в порядке. Но еще одно дельце здесь, на этой земле, у тебя точно осталось. Нужно все-таки встретиться с твоим ненаглядным. Да не просто встретиться, а в идеале пристроить бы его в проект. Вот тогда и будет полный порядок.

Ну что, договорились? Решено. Завтра же эту бодягу бросаю к черту, и все силы на него. Сволочь он заметная, врагов у него достаточно, сдадут мне его координаты с удовольствием. Выслежу, отловлю, поговорим, и если повезет, то пристрою его. А вот тогда и настанет пора уходить.

Думая о своем предстоящем уходе из жизни, Сергей Бойцов не красовался и не лукавил. Не было в нем с детства таких черт. Да и детства в его классическом понимании у него не было. Он вырос в детдоме.

Его не сломала детдомовская жизнь, хотя это произошло со многими. Просто повезло – физрук в детдоме оказался не садистом и не педофилом, а человеком. Конечно, не все мальчишки, кто прошел через его школу общей физической подготовки и кружок рукопашного боя, стали мужчинами. Но нескольким десяткам пацанов ему удалось на всю жизнь объяснить, что такое – быть сильным. И эти ребята по выходу во взрослую жизнь могли не только постоять за себя. Они научились при этом никогда не давать в обиду слабых.

Сергей неожиданно оказался способным не только к работе руками и ногами. Директор техникума радиоприборостроения, за которым был официально закреплен детдом, дал согласие на зачисление Бойцова. Дал скрепя сердце. Директор был человеком опытным и искренне старался под любым предлогом не брать в общагу детдомовских «волчат». Но этот действительно был способным парнем. Он сдал все приемные экзамены, кроме письменного русского, на уровне лучших школьников из благополучных семей.

До своего осеннего призыва в армию Бойцов успел неплохо закончить техникум. При выборе рода войск у него сомнений не было – только ВДВ. Надо прямо признать, что и у комиссариата вопросов по месту будущей службы Сергея Бойцова не возникло. Учитывая его физическую подготовку, происхождение и образование, пошел он прямиком в десантные войска. Несколько месяцев рядовым, потом сержантская школа, и «вперед, на мины», в Чечню.

Голая правда первой чеченской войны, как позднее стали открыто называть «операцию по наведению конституционного порядка», сожгла веру молодого парня в порядочность руководства армией и всей страной. Добытая страшной ценой, уже вполне реальная победа была продана. Было бесконечно обидно понимать, кем и кому она продана. А то, что она точно была именно продана, знали в армии все. Об этом в глаза нашим бойцам, не стесняясь, говорили бывшие враги. И им, этим самым бывшим врагам, несостоявшиеся победители теперь без боя отдавали все, в том числе власть над этой землей и оружие. Более того. Российские войска уходили, оставляя без всякой защиты многих обреченных при новом режиме людей.

Найти работу на гражданке Сергею труда не составило – охранные агентства с удовольствием брали людей с военным опытом. Да вот только контора, в которую попал Бойцов, оказалась непростой. Очень непростой.

Примерно через месяц его работы он вместе с двумя другими охранниками получил боевое оружие с хорошим запасом патронов и задание – обеспечить прикрытие операции по обмену крупной суммы денег на некоторое количество какого-то товара.