Доктор не успел закончить свои рассуждения до конца, как на пороге кухни показался первый из Близнецов.

– Доброе утро, сынок, – без тени сомнения в том, кто именно из двоих находящихся сегодня в поместье Близнецов пришел, сказала Исабель. И чуть дрогнувшим голосом спросила: – Как ты себя чувствуешь?

– Доброе утро, мама, доброе утро всем. Отлично я себя чувствую. А что вы все такие напряженные? И что у вас тут попискивает?

Доктор Бирман молча подошел к Бразильцу и практически уткнул радиометр в его живот. Прибор не изменил частоты и громкости сигналов. Исабель перевела дух, перекрестилась, подняла глаза к небу и прошептала какие-то благодарственные слова. Доктор недоуменно посмотрел на Бразильца, не веря своим глазам и ушам.

– Я-то себя чувствую хорошо, – продолжил Бразилец, внимательно разглядывая прибор в руках доктора, – но у нас какая-то напасть на всех остальных Близнецов. Мы тут только что все немного пообщались. Несмотря на позднюю ночь у некоторых. В общем, кроме меня, все чувствуют себя неважно. И что особенно странно, у всех ребят, независимо от места нахождения, примерно одни и те же ощущения. И даже вроде начали они все чувствовать какую-то дрянь внутри себя примерно в одно и то же время суток. Такое ощущение, что у всех это началось после еды. У кого-то это был завтрак, у кого обед, ужин, неважно, но у всех практически по одинаковому сценарию.

– Никто не выделяется из общей картины? – расстроенно и задумчиво спросил доктор.

– Выделяется слегка Медбрат. Идет, как он сам выразился, с опережением графика.

– Непонятно, – сказал Муса, посмотрев на доктора. Тот кивнул, продолжая напряженно о чем-то размышлять.

– А вот мне кажется, что это понятно. Сынок, скажи, пожалуйста, я правильно вчера за ужином поняла, что ты с Медбратом устраивал какой-то маскарад? – спросила Исабель.

– Было немного, – смутился Бразилец.

– Давай-ка поподробнее, – попросил доктор.

– Ну, мы решили проверить нашего старшего лаборанта. В общем, прикалывались. Он как-то неровно дышит в сторону Медбрата. Вот мы захотели проверить, а сможет ли он распознать нас, если мы поменяемся одеждой.

– И как? – спросил с легкой улыбкой Муса, который тоже давно заметил нестандартное отношение старшего лаборанта к Медбрату.

– Мы вчера изобразили, что вроде кто-то погудел за воротами, вышли на улицу буквально на минуту, быстро поменялись футболками и брюками и назад за стол. Но старший нас вычислил в один момент. Как и ты, мама, когда вчера мне подмигнула.

– Ну, не хотела портить тебе игру, хотя и не понимала, в чем она состоит. Вот и отгадка.

– Да. Получается, что вам удалось ввести в заблуждение не лаборанта, а нашего нового помощника. И он дважды отравил Медбрата, – сделал уже всем понятный вывод доктор Бирман.

Зашедший в этот момент через распахнутую дверь на кухню старший лаборант услышал почти всю фразу доктора и в момент покраснел.

– Простите, что я так ворвался. Но я проснулся с какой-то тревогой. Ну, почувствовал, что происходит что-то нехорошее.

– Мы ведь можем быть здесь все откровенны? – спросил доктор, глядя лаборанту в глаза.

– Конечно, доктор. Мне вообще, как я понимаю, перед всеми вами скрывать больше нечего, – еще более краснея, сказал старший лаборант. – Да, я конкретно чувствую, что с Медбратом происходит что-то очень страшное.