— Всем стоять! — рявкнул Дроздов и, посмотрев в список, приказал:

— На выход: Сычев! Голобородько! Кузьмин!

Сергей, крепко пожав руку Петра, торопливо произнес:

— Прощай командир и не поминай лихом.

— Держись, Сережа, — обронил вслед Петр.

— Рыжий, в строй! — крикнул на Сычева Дроздов.

Тот, бросив прощальный взгляд на Петра, пристроился за бывшим шахтером.

— Шагом марш! — команда подстегнула арестованных.

Петр, оставшись один, приник к двери и, затаив дыхание, прислушивался к тому, что происходило за стенами сарая. Вскоре от напряжения заломило в висках. Так и не услышав звука выстрелов, он возвратился на место. Шло время. На дворе сгустились сумерки, а о нем будто забыли.

Но нет, о нем не забыли. Дверь сарая неожиданно распахнулась, и на пороге возник незнакомый сержант.

«Что случилось? Почему не Дроздов? Где конвой?» — вихрем пронеслось в голове Петра.

— Эй, еще не околел? — вглядываясь в темноту, окликнул сержант и, не услышав ответа, позвал: — Ну, где ты там? Пошли!

— Куда? Зачем?

— Там узнаешь.

— К Макееву?

— Пошли, пошли, машина ждет, — торопил сержант.

Петр сделал шаг, бросил настороженный взгляд по сторонам — часового на месте не оказалось и вышел на улицу. Сержант кивнул головой и, не оглядываясь, свернул на тропку, которая вела в расположение батальона. Петр поспешил за ним. Сержант шел, не сбавляя шага. Позади остались землянка командира батальона и блиндаж Макеева.

«Пронесло», — с облегчением вздохнул Петр и поравнялся с сержантом. Тот, бросив на него сочувственный взгляд, полез в карман бушлата, достал пачку папирос и предложил:

— Закуривай.

— Спасибо. После такого и пить бросишь, — с вымученной улыбкой ответил Петр.

— Война… Всяко бывает, — сержант не стал поддерживать разговор и, обогнув минометную батарею, прошел в глубь дворов.

Там стояла полуторка. В ее кузове лежали трое раненых, над ними хлопотала молоденькая медсестра. Услышав шум шагов, она подняла голову и, увидев сержанта, принялась распекать:

— Костя, где тебя черти носят? Сколько можно ждать? У меня один тяжелораненый!

— Я что, Ильин приказал.

— Так едем или нет?

— Едем, — не стал дальше препираться сержант и поторопил Петра: — Товарищ техник-интендант Его ранга, залезайте. Время не ждет.

Петр мялся и не решался спросить — слова комом застряли в горле. Он все еще не мог понять: то ли свободен, то ли находится под арестом. Задорный голос медсестры положил конец сомнениям:

— Давайте к нам, товарищ техник-интендант Его ранга. Или боитесь, что покусаю?

«Я свободен?» — Петр все еще не мог поверить в чудесное освобождение. Не почувствовав своего тела, он легко оттолкнулся от земли, перемахнул через борт полуторки и опустился рядом с медсестрой.

— Ну, прям орел! Смотри, чтоб Настюха перья не пощипала, — хмыкнул Константин.

— Чего-о? Ах, ты, петух недорезанный. Покукарекай мне, — пригрозила ему Настюха.

— Тих-тих! Все, молчу, — Константин подмигнул медсестре, запрыгнул на подножку и поторопил водителя. — Давай вперед, Илюха!

Простуженно чихнув двигателем, трудяга-«газончик» тронулся в путь. За рулем находился бывалый водитель, и, несмотря на кромешную темноту и распутицу, он каким-то шестым чувством находил дорогу.