Как и следовало ожидать, после недолгих препирательств Его Величество сделал все, что он него требовала Её Высочество. Сам Хилл больше в споры с любимой не вступал, после недолгого размышления признав справедливость её слов. В конце концов, какая разница, кто и что подумает? Шу любит его не зависимо от того, зовется он Тигренком, Лунным Стрижем или кем ещё. А вот для принцессы приблизить к себе человека неблагородного сословия может оказаться чревато неприятными последствиями. Все же, как ни губила Шу свою репутацию безумными выходками, любовник-простолюдин будет уже перебором.

Сама церемония заняла всего пару минут. Позаимствовав один из клинков, висевших в кабинете, Его Величество огрел коленопреклоненного Хилла лезвием плашмя по плечу, принял у него клятву верности престолу, которую тут же подсказывал Эрке, объявил его дворянином… и все. Единственную трудность с выбором фамилии для свежеиспеченного дворянина помогла разрешить Балуста. Ну что делать, если у него самого никакой фамилии отродясь не было? Как-то и не требовалась раньше… прозвища вполне хватало. Хилл даже и не задумывался над такой ерундой.

Его Милость лорд Хилл Артхольм. А что, красиво звучит. И вполне подходит для коварных планов Её Высочества — ну чем не фамилия для северного принца. С этой завиральной идеей Шу он тоже почти смирился, все равно переубеждать бесполезно. Он ведь не может помешать любимой говорить кому угодно и что угодно. Так какой смысл переживать из-за того, что не в силах изменить?

Под конец Её Высочество не обошла вниманием и ведомство капитана Ахшеддина. Его ехидные смешки быстро стихли, когда Шу, ничтоже сумняшеся, определила Хилла в его контору. Лейтенантом Малой Гвардии, то есть тайной королевской службы. К объяснению сего загадочного решения придраться оказалось невозможно.

— А почему бы не зачесть все прошлые заслуги? Эрке, ну какая разница, кто как назывался? — как всегда, любая ерунда в устах Шу приобретала совершенно новый смысл. — Посуди сам. Самозваного пророка кто устранил? В деле Мурса Мескита кто помог? Пожалуй, тут лейтенанта маловато будет.

Ахшеддин, как человек практичный, тоже особо пререкаться с принцессой не стал. Напротив, как он выразился, для убедительности легенды, предложил Хиллу поучаствовать в тренировках личного состава. Чтобы ни у кого вопросов не возникло, с какого перепугу ему досталась столь ответственная должность.

Новый любовник несколько примирил Блистательную Ристану с несостоявшейся новой помолвкой Кея. Хоть её и продолжала разбирать досада на так не вовремя явившегося маркиза и так некстати заинтересовавшегося делом императора, но смиряться и складывать ручки она вовсе не собиралась. Проигравшийся виконт пока действовал вполне сносно, и даже заслужил от неё благосклонную улыбку и очередную сотню золотых. Особо баловать его Ристана не желала, чтобы не зазнавался и не забывал, кто его хозяйка. И если в ближайшую неделю он сам не добьется серьезных результатов, придется подтолкнуть. Пусть хоть соблазняет девчонку, хоть насилует, хоть похищает — но чтобы в королевские невесты она больше не годилась. А там уже Император может гневаться сколько угодно. Ристана не причем, и немилость достанется нахальной герцогской семейке. Давно уже пора с Дарнишей спесь сбить.

Неудачливый баронет, найденный наутро после бала в парке вместе с полудюжиной гвардейцев, был позабыт раньше, чем успел остыть. Так удачно подвернувшийся лорд Рустагир оказался не только отменным любовником и весьма обходительным кавалером, но и бесценным источником информации. Конечно, он делился ею постепенно, маленькими порциями, но и то, что он рассказывал об Императоре и его сыновьях, без него вряд ли дошло до сведения Ристаны. Тайная служба короля Мардука, как Регентша не интриговала, не угрожала и не улещивала, осталась полностью в руках Ахшеддина.