– Такой ход, естественно, означал мат, – сказал Пука, – мат в два хода, такого в истории еще не бывало. Да не мечись ты так, ишь разбушевалась – карман порвешь.

– Минуточку, – придушенно прошептала Добрая Фея, – не могу ли я уединиться с вами на пару минут. По личному делу.

– Поторопитесь со своими секретами, господа шулера, пока мы следующий круг не начали, – сказал Кривая Пуля, ожесточенно потирая ладони, – дайте и другим свой кусок урвать.

– Держите ваши деньги, – сказал Коротышка.

– Тысячу извинений, джентльмены, исключительно на минутку, – учтиво произнес Пука, – Фее и мне нужно обсудить одно приватное дельце в передней, хотя место это продувное, сквозняки так и гуляют, не очень-то там побеседуешь. Мы скоро вернемся.

Он поднялся и с поклоном удалился.

– В чем же дело? – вежливо осведомился он, когда они с Феей покинули комнату.

– Надеюсь, это не слишком щекотливый вопрос, – начала Добрая Фея, – но что ты сделал потом с женщиной, которую выиграл?

– И это все, что тебе угодно знать?

– Ну, не совсем. Дело в том, что...

– У тебя нет денег!

– Именно.

– Как же ты объяснишь такое свое поведение?

– Понимаешь, я всегда выигрывала в карты. Я...

– Так как насчет объяснения?

– Не надо так кричать, приятель, – встревожилась Добрая Фея, – они могут услышать. Я не вынесу такого позора перед подобной публикой.

– Сожалею, – холодно произнес Пука, – однако боюсь, что мой долг – предать факт огласке. Если бы дело касалось только меня, разумеется, все было бы иначе. Но при сложившихся обстоятельствах у меня нет выбора. Тебе разрешили играть исключительно по моей рекомендации, а ты так грубо уязвила меня в моих благородных чувствах. Я не могу остаться равнодушным и потакать тебе и далее. Таким образом...

– Бога ради, не делай этого, плевать на обстоятельства, я этого не переживу, это убьет мою бедную мать...

– Такая забота о членах своей семьи делает тебе честь, но, боюсь, уже слишком поздно.

– Я верну все до пенни.

– Когда?

– Дай мне возможность отыграться...

– Ерунда! Все это сплошные увертки, сплошные...

– Ради всего святого, дружище!..

– Могу предложить тебе один вариант и, прошу, решай поскорее, принять его или отвергнуть. Итак, я забываю про долг и в придачу даю тебе еще шесть пенсов – итого получается два шиллинга – при условии, если ты откажешься абсолютно от всяких притязаний на младенца, появление которого ожидается с минуты на минуту.

– Что?!

– Выбор за тобой.

– Скотина, чертова скотина!

Пука резко пожал своими костлявыми плечами, основательно встряхнув карман вместе с его содержимым.

– Так что ты выбираешь? – поинтересовался он.

– Гори ты синим пламенем! – с чувством произнесла Добрая Фея.

– Отлично. Мне все равно. Что ж, пойдем обратно.

– Погоди минутку, ты, ты... Подожди.

– Ну?

– Ладно, твоя взяла. Но, клянусь Богом, я еще с тобой посчитаюсь, даже если мне на это понадобится тысяча лет, даже если наизнанку придется вывернуться, помни об этом!

– Отрадно слышать, – сказал Пука, вновь расцветая одной из самых учтивых своих улыбок, – вне всякого сомнения, ты поступила правильно, к тому же поздравляю – у тебя на редкость упорный характер.