– Вон, смотри, как «Запад-6» светится, не иначе «пионерский» пакет идет. – У соседней панели стояли связисты.

Кроме Кейко и Стаса, свалившихся экипажу как снег на голову, эти трое в серо-серебристых форменных костюмах службы связи являлись единственными пассажирами рейса. Летели они как раз сменять экипаж поста «Запада-6», так что на свечение «пионерского пакета» смотрели, как почувствовала Кейко, с долей ревности, но и гордости за коллег.

По отсеку мягко раскатился переливчатый сигнал.

– Айда новости посмотрим, – махнул им один из связистов. Высокий, белоголовый, остроносый, он представился Виталием Стеницким и коротко поклонился.

Кейко ощутила, как колыхнулись в Стасе усталость, желание отвлечься, погрузиться в привычную, такую интересную жизнь, которой он хотел всем сердцем и из которой выпал после вызова старшего.

– Идем, хоть узнаем, что в мире творится. – Неожиданно для самой себя она взяла Стаса под руку и потянула к диванам, дугой стоявшим вокруг инфосистемы, которая была стилизована под статую какого-то древнего божества с поднятыми над головой руками, где мерцал прозрачный кристалл с медового цвета прожилками.

Первым на диван плюхнулся невысокий курносый Олег, тут же потянулся вперед, фамильярно стукнул божество пальцем по плечу и бросил:

– Полный выпуск, пожалуйста.

Кейко не столько слушала, сколько наблюдала, как жадно ловит новости Стас. Ему было интересно все: и новые попытки контакта с йотунами Ночной стороны, и репортаж об исследованиях системы черных дыр, где наткнулись на следы деятельности Старших сущностей.

– Попова здесь нет, – пробурчал Стас, – он бы наверняка что-нибудь сказал.

Заметка о новом детском комплексе в системе Высокий Вишну всколыхнула в нем зеленоватое «мамское» свечение, и Кейко чуть улыбнулась. Все же он удивительно славный.

Отчего-то кольнуло в затылке. Нехорошо кольнуло, непривычно. Кейко, как учили, тут же ухватила эту иголочку, потянулась вдоль нее, пытаясь определить источник тревоги. Вибрирующая нить уходила за пределы корабля, и Кейко позволила сознанию выскользнуть из тела – как это получалось, спроси, не ответит. Она одновременно и растворялась, и обволакивала иголку, искала нить, которая за ней тянулась, текла по ней тоненькой струйкой.

Получилось удивительно легко. Обычно приходилось сосредотачиваться, закрывать глаза, выполнять дыхательные упражнения. Но не сейчас. Ее мягко подхватила могучая волна, развернула фокус внимания в нужную сторону и одновременно прикрыла собой. Кейко хотела удивиться, но не успела.

Волна послала мысль-ощущение-просьбу – не сейчас. Все внутри тебя. Наблюдай и иди по следу.

Больше всего нить напоминала волоски сцинитийской псевдомедузы – на редкость неприятной твари, из-за которой Кейко в детстве пришлось провести пару дней в медикологическом отсеке летнего лагеря. Слившаяся с водорослями студенистая масса притаилась на глубине и выпустила сотни прозрачных длинных волосков, ищущих добычу. Сами по себе они были безвредны, но коснись их – и медуза выстреливала боевые стрекала, полные парализующего яда. В самую гущу Кейко и вляпалась. Спасло ее ощущение неприятного равнодушного внимания, усилившееся сразу после прикосновения, которое она ощутила не телом – разумом. Ощутила – и рванулась вверх, к яркому солнцу.

Что-то похожее на равнодушное внимание хищника она ощутила и сейчас. Щуп-волосок тянулся к информационной системе, источник его затаился где-то там, среди стволов и листов-полотнищ, ждал команды, чтобы впрыснуть в систему парализующий яд, расчистить дорогу тому, чему в этом мире не было и не должно быть места.

– Стас, они уже там и ждут, – чуть слышно прошептала она Светлову, увлеченно следившему за записью лучших моментов чемпионата сектора по субоксу.