Появились Джейми и Стенмор. Джейми обратился к отцу:

– Кто сообщит новость? Я или вы?

– Сделай это ты, – сказал граф. Джейми повернулся к Ребекке:

– В августе мы посетим Шотландию. Его сиятельство решил отправиться туда раньше, чем обычно, поскольку я уеду в Итон учиться.

Ребекка улыбнулась Стенмору. Джейми понадобится внимание отца, когда ее не будет.

– Разве это не потрясающие новости? – спросил мальчик. – Изриела мы тоже возьмем с собой.

– Вы славно проведете время, – промолвила Ребекка.

– Но ты тоже поедешь с нами! Его сиятельство полагает, что тебе нечего бояться леди Мэг, моей бабушки. Она полюбит тебя. Ты ведь поедешь с нами? Скажи, что поедешь!

У Ребекки болезненно сжалось сердце. Все взгляды были устремлены на нее.

– Мама?

Джейми по-прежнему называл ее мамой. Глаза мальчика наполнились слезами.

– Я должна обсудить это с его сиятельством. – Она повернулась к Стенмору: – Потом поговорим.

Прежде чем отправиться с сэром Николасом в дом Хартингтонов, Берч навел кое-какие справки об этой семье.

Со дня убийства сэра Чарльза Хартингтона в Воксхолл-Гарденз неизвестным злодеем прошло восемь лет, но леди Хартингтон до сих пор болезненно реагировала на любое упоминание о случившемся, поскольку ее муж вел распутный образ жизни и волочился за любой женщиной, независимо от возраста, статуса и семейного положения. По слухам, убийство главы семьи совершил один из мужей, лодочник, всадив сэру Чарльзу нож между ребер.

Ситуация и не представлялась такой уж исключительной, тем не менее вполне объясняла желание почтенной женщины, какой, несомненно, была леди Хартингтон, избегать разговоров на эту тему.

По прибытии в особняк Хартингтонов сэра Оливера и сэра Николаса проводили в приемную комнату хозяйки. Сэр Оливер с удивлением обнаружил, что женщина обладает достаточно приятной наружностью и выглядит моложе своих лет.

– Как странно, что за эту неделю ко мне обращаются уже второй раз и задают одни и те же вопросы об одном и том же человеке.

Берч переглянулся с сэром Николасом. Оба были ошеломлены.

– Значит, кто-то еще приходил к вам наводить справки о мисс Ребекке Невилл? – спросил Берч.

– Вот именно! Леди Луиза Нисдейл. Она побывала у меня в понедельник и утверждала, что является подругой бесследно исчезнувшей мисс Невилл. Надеялась, по ее собственному выражению, разузнать что-нибудь о своей пропавшей подруге.

– Ах, леди Нисдейл. – Берч нахмурился, подумав, что Стенмор убьет Луизу. Но при виде ярости, промелькнувшей в глазах Николаса, не был уверен, кто сделает это первым. – А леди Нисдейл объяснила, почему обратилась именно к вам?

– Она утверждала, будто является старой школьной подругой Ребекки и что на меня якобы сослалась их старая школьная наставница, – Женщина покраснела от негодования. – Но едва она обмолвилась об этом, как я тотчас догадалась, что дама лжет. Я давно знаю миссис Стокдейл. Более того, продолжаю с ней общаться, поскольку моя дочь Сара – ей сейчас шестнадцать – является воспитанницей ее замечательной школы. Миссис Стокдейл никому не сообщит сведения такого рода. Я ничего не сказала леди Нисдейл и отправила ее восвояси.

Берч с трудом скрыл вздох облегчения. У него и без того хватало забот в последнее время. Недоставало только вмешательства в это дело Луизы.

– Позволите ли мне напрямую спросить, как вы узнали, что я имею какое-то касательство к мисс Невилл?

Берч не нашелся что ответить.