— Может, и мы войдем? — спросил Гарион, видя, как облаченные в серые одежды райвены и гости в ярких нарядах направляются в зал.

— Войдем, Гарион, — ответила она. — Всему свое время. — Она повернулась к Белгарату и спросила:

— Долго ждать?

— Минут пятнадцать, — ответил он.

— Все готово?

— Спроси Гариона, — ответил ей старик. — Я сделал все, что мог. Остальное зависит от него.

Тетя Пол обернулась к Гариону; её глаза были очень серьезны, и белый локон у виска отливал серебром на фоне густых черных волос.

— Итак, Гарион, — обратилась она к нему. — Ты готов?

Он посмотрел на нее, не понимая, чего от него хотят.

— Ночью мне снился страшный сон, — сказал он. — Все задают мне один и тот же вопрос. Что это значит, тетя Пол? К чему я должен приготовиться?

— Скоро, скоро поймешь. Вынь амулет. Сегодня ты будешь носить его поверх одежды.

— Я всегда считал, что его надо носить под одеждой.

— Это особый день, — ответил старик. — Такого дня я еще не видел… а видел я их немало.

— Потому что Эрастайд?

— Отчасти. — Белгарат сунул руку под мантию и вынул серебряный медальон; взглянув на него, с улыбкой сказал:

— Поизносился… как и я.

Тетя Пол вынула свой амулет. Она и Белгарат дотронулись до рук Гариона.

— Мы давно ждали этого момента, Полгара, — произнес Белгарат.

— Да, отец, — согласилась дочь.

— Ну, тогда идем.

Гарион тоже направился к двери, но тетя Пол остановила его:

— Ты останешься здесь, Гарион, и будешь ждать здесь с Миссией. Вы двое войдете потом.

— Ты пошлешь кого-нибудь за нами? — спросил он. — Как мы узнаем, когда нам можно войти?

— Узнаешь, — туманно ответил Белгарат, и они вышли, оставив его с Миссией.

— Они нам толком ничего не объяснили, разве не так? — спросил Гарион у ребенка. — Надеюсь, мы не наделаем никаких ошибок.

Миссия заговорщически улыбнулся и сунул свою ладошку в руку Гариона. При этом в голове Гариона снова зазвучала песня Ока, от которой на душе стало легко и радостно. Он не мог сказать, как долго стоял, держа руку мальчика, и слушал эту песнь, позабыв обо всем на свете.

— Это наступило наконец, Белгарион. — Казалось, голос исходит откуда-то снаружи, а не из его головы, и по лицу мальчика было видно, что ему также слышны эти слова.

— Сейчас настало время для того, что я должен совершить? — спросил Гарион.

— Нет, сегодня тебе предстоит только часть этого.

— Чем они там занимаются? — Гарион с любопытством посмотрел на дверь.

— Они подготавливают людей в зале к тому, что должно произойти.

— Те будут готовы?

— А ты? — Последовала пауза. — Ты готов, Белгарион?

— Да, — ответил Гарион. — Что бы это ни было, мне кажется, что я готов к этому.

— Тогда можешь войти.

— Ты скажешь мне, что делать?

— Если это необходимо.

Держа Миссию за руку, Гарион приблизился к двери и хотел было толкнуть её, но она сама открылась перед ним.

За большой резной дверью, ведущей в холл, стояли два стражника, которые застыли при приближении Гариона и Миссии. И снова Гарион поднял руку, и снова большие двери, ведущие в зал райвенского короля, распахнулись.