— Что же делать? — прошептала она.

— Живи! — Север пожал плечами.— То, что ты услышала,— лишь самое мрачное из возможных предположений, а боги избегают крайностей.

Некоторое время Соня молчала, прислушиваясь к потрескиванию дров в очаге и звону капель за окном.

— Когда-то я слышала,— заговорила она,— уже, правда, не помню где, поговорку: «У бога людей много». Самое странное в том, что сказал ее не дикарь, поклоняющийся кровавому идолу, а почтенный проповедник, искренне верящий в Митру. Он имел в виду, что его веру и единоверцев есть кому защитить. Но, как ни странно, я тогда подумала о другом.— Она помолчала.— С донесением посылают гонца, зная наперед, что дорога опасна. Гонец не возвращается. Тогда посылают отряд из десяти человек — их постигает та же участь. Потом посылают сотню, но до места добирается только один. Теперь известно: чтобы один добрался до места, необходимо отправить сто человек, но и это не обязательно. Случайная стрела — и все пропало. И с каждым гонцом начинают посылать по две сотни. Главное ведь, чтобы весть достигла цели, а людей у бога много!

— Э-э! Как ты судишь-то строго! — покачал головой старец.

— Потому что ненавижу! — уставясь в одну точку, сквозь зубы процедила девушка и посмотрела в глаза Хэлдиру.— Ненавижу всех этих аквилонцев, митрианцев, прячущих под красивыми одеждами похотливые тела, а под благожелательными улыбками — грязные мысли. Ненавижу тех, кто делает не то, что говорит, а говорит не то, что думает, потому что даже их извращенные умы стыдятся собственных мыслей!

Она сцепила дрожащие руки и прижала их к столу. Хэлдир продолжал покуривать, изредка выпуская ароматные облачка, а Север накрыл руки девушки своей большой ладонью и попытался заглянуть в глаза, но она упорно смотрела в сторону.

— Успокойся.— Он дружески сжал ее руки.— Не изводи себя.

Соня взглянула в честные глаза воина и неожиданно для себя захотела поделиться с ним наболевшим, даже если потом она пожалеет о сказанном.

— Ты не хочешь узнать, что со мной приключилось? — спросила она.— Как родилась моя ненависть?

— Нет,— ответил он,— не хочу. Быть может, когда-нибудь я и услышу твою историю, но не сейчас. Ты уже завтра пожалеешь о своих словах. Ты еще не готова, королева.

Девушка нахмурилась, потом вдруг улыбнулась, правда не слишком весело.

— А ты хитрец,— сказала она.— Но ты прав. Еще не время.

— Спать пора,— сказал Хэлдир, подавив зевок.— Завтра встаем на заре и начинаем настоящие занятия.

— А дождь? — удивилась Соня.

— Какой дождь? — хитро прищурившись, спросил он.

Девушка прислушалась. И верно — снаружи не доносилось больше ни единого звука. Она посмотрела в окно, затянутое ночной тьмой, и почувствовала вдруг, что действительно хочет спать. Она прошла в свой уголок, лениво разделась, залезла под шкуру И свернулась калачиком, но заснуть не успела.

— Ты когда собираешься к Лорне? — спросил Север, и его голос заставил Соню насторожиться.

— Дня через три, не раньше,— ответил старец.— Да ты не беспокойся: не в первый раз остается она одна. Завтра-послезавтра Феран по твоему заказу привезет из Келбацы фруктов. Еще через день Лорна заберет их у него.— Он посмотрел на Севера.— Тебя что-то тревожит…

— У меня не идет из головы поведение Вилвы,— ответил Север.— Ты ведь знаешь, что после ритуала у них развивается не только ум.

— Что ты хочешь сказать? — спросил старец.

— Мне кажется, она что-то почувствовала,— пояснил воин.

— Ну и что?

— Да ничего.— Вожак лениво потянулся.