- Височную кость превратить в сито и вскрыть ногтем горло на глазах трех универсалов так, что они и кудахкнуть не успели - бывает?! Нет, такое не у нас бывает, а в ВПВ. Тоже мне агенты! Мишки коала! Ленивцы, мать их! Пока листик прожуют, пока с эвкалипта слезут, дойдут, о жизни, проблемах с черепахами по дороге перетрут... Да, весь дом на полторы тысячи квартир за это время положить можно! Таким, как Лиса, конечно, а не этим. Распустил Гнездевский своих молодцев... Ладно, прочь лирику, давай, Адам, к делу. Подробно, подробно мне разжуй, все от пяток, до последней мысли, причем, у обоих арестованных!

- А что рассказывать? - с грустью в голосе спросил Зелинский, вздохнул тяжко. - Я не ясновидящий, мысли мне их не видны и не слышны. А по остальным параметрам - ничего стоящего, хоть грамма внимания, интереса для науки. Разве что некоторая тенденциозность поведения одного и повышенная живучесть второй. Но это уже не ко мне, к психиатрам, психологам, парапсихологам.

- Расстроился? Знал бы ты, как я расстроился, а как меня расстроят... лучше вообще никому не знать, - буркнул Горловский, присаживаясь рядом с профессором и пристально вглядываясь в ряд сравнительных кривых, диаграмм, толпы цифр и ползущих синусоид. Ткнул ладонью в монитор, ничего не понимая, и от этого закипая еще больше. - Что это?!

Задышал ровно, убирая прочь эмоции, восстанавливая внутреннее равновесие. А то такими темпами они не то что к вечеру, но и к концу месяца не разберутся.

- А что, собственно, рассказывать? Мониторинг мозга девушки. Видите пятнышко с пшеничное зернышко? Последствие общения с тупым предметом...Не иначе вашим бойцом.

- Не моим. Потому что тупым.

- Без разницы. В остальном - норма.  Что еще интересует?

- Все, все, Адам, говорю же - от и до!

- А-а... так-с, вот сравнительная характеристика состава крови человека и графа Рицу с параметрами других особей - летучих мышей, гориллы, волка, собаки, пеликана.

- И?

- Что "и"? А-а, так вот же, смотрите, - ткнул ладонью к кривую. - Идентична  человеческой, без малейших отклонений. Вот сравнения на молекулярной основе - та же картина.

- Но он же летал?

- Кто? - натурально удивился профессор.

- Рицу!

- Н-да? - скептически скривился Зелинский. - Тогда почему не летаем мы?

Полковник поджал губы: ох, уж эти юные фантазеры! Придется племянника Гнездевского на освидетельствование психиатрам направить. Выходит, солгал пацан. Да и по логике судить: если граф летает, то какого черта ходить начал, не улетел от группы захвата, как птица? Нет, ведь наоборот, вышел навстречу, представился да еще и выяснять начал, кто, что и по какому праву. Настолько глуп или считает себя настолько стерильным во всех аспектах жизнедеятельности, что и священник им заинтересоваться не сможет? Н-да-а. А между тем   на святого он не похож, и не скрывает, что слаб, как любой раб Божий. На дурака тоже не тянет, даже в виртуальной плоскости измышлений. Фланирующим же средь облаков видел  его только "Ромео" - факт. Присовокупить к нему факт, основанный на документально зафиксированном исследовании психо-физического состояния мужчины, и что получится? Ерунда получится. Разборка меж офицерами - психом и идиотом. Рицу же, ко всему оному,  имеет в лучшем для Горловского случае косвенное отношение. Но и его нужно будет долго и нудно доказывать. Причем ни одному и не раз.

И что имеем? Непроходящую головную боль минимум на ближайшие 48 часов.

- А девушка?

- Что, девушка? Ах, да, да. Она тоже человек. Правда, со здоровьем хуже. Подточено, знаете ли, здоровье-то, особенно нервная система.

- Значит, если и взлетит, то лишь тот, кто по этой ее системе пройдется, так?

- Ну-у-у, - растерялся Адам.

Полковник просмотрел все данные лично, прощелкав по файлам, перечитал бумаги с докладными других специалистов и со вздохом откинул их на стол.