— Его милость лорд Грейстоун прибыл, миледи.

Я вскочила на ноги, и в ту же секунду в библиотеку вошел Адриан. Я уже успела забыть, какой он огромный, и невольно поразилась тому, что его плечи совершенно закрыли дверной проем.

— Д-добрый день, милорд. Как поживаете? — с запинкой сказала я тихим, вежливым голосом.

В комнате наступила тишина. По всей вероятности, тон у меня был такой, словно я увидела лорда Грейстоуна впервые в жизни.

— Спасибо, очень хорошо поживаю, — ответил Адриан. — Надеюсь, вы здоровы?

— Да, — сказала я, чувствуя, что не знаю, не могу придумать, что мне говорить дальше. Я бросила отчаянный взгляд на мистера Ноукса, но он стоял у самой двери и явно собирался покинуть комнату.

— Следует ли мне предупредить миссис Ноукс, что вы позавтракаете с нами, милорд? — осведомился он.

— Да, спасибо, Ноукс.

Мистер Ноукс вышел за дверь, и я осталась наедине со своим мужем.

— Садитесь, Кейт, — предложил он. — Я вас не съем.

Я уселась в одно из синих кресел у камина, а Адриан опустился на другое, то самое, в котором так часто сиживал Гарри. Лорд Грейстоун был одет в синий фрак, кожаные бриджи и высокие сапоги. Лицо его было красным от мороза. Я сложила руки на коленях и молча ждала, пока он заговорит.

— Я вижу, вы не из болтливых, — заметил он с насмешкой в голосе.

— Я просто не знаю, что говорить, — призналась я и закусила губу. — Я совершила по отношению к вам такой плохой поступок, а вы были ко мне так добры. Мне просто стыдно.

— Вы хотите сказать, что, бросив вас в одиночестве на целых девять месяцев, я проявил к вам доброту? — удивленно поднял брови Адриан.

— Вы дали мне возможность жить в этом замечательном доме и даже платили мне содержание. Нам обоим известна подоплека нашего брачного союза, милорд. Мне кажется, вы были очень… — я сделала паузу, подыскивая подходяща слово, — …великодушны.

На этот раз лорд Грейстоун приподнял только одну бровь. Блики от огня играли на его светлых волосах, как и на волосах Гарри, когда во время своих визитов он присаживался у камина, но при виде этого зрелища в душе у меня не возникло чувства спокойствия и уюта, как бывало во время моих бесед с младшим братом Адриана.

— Мой брат и мой поверенный в делах всячески уверяли меня в том, что вы не принимали сознательного участия в афере Чарлвуда и что вы такая же жертва его дьявольского замысла, как и я.

Я наклонилась вперед и заговорила, стараясь, чтобы слова мои звучали как можно убедительнее:

— Я в самом деле ничего не знала о том, что задумал мой дядя, милорд. Если бы я об этом знала, я бы ни за что, ни за что с вами не поехала! Но…

Я замолчала, почувствовав, как щеки мои начинает заливать краска. До этого момента я смотрела лорду Грейстоуну прямо его жесткие серые глаза, но теперь вынуждена была виновато опустить взгляд.

— Что — но? — спросил он, причем в голосе его не было гнева, одно лишь любопытство.

— Мне следовало отказаться выходить за вас замуж, — разом выпалила я. — Я знаю, что должна была отказаться. То, что я уступила дядиному давлению, было трусостью с моей стороны. Я очень виновата и прошу у вас прощения за это. Как-то раз я уже сказала вам, что сделаю все, что вы захотите. — Румянец на моих щеках стал еще гуще — я вспомнила, что последовало за этим моим обещанием. Я быстро взглянулa на Адриана, чтобы узнать, помнит ли об этом он, и увидела, что лицо его помрачнело.