|
Он уже ощущал на себе её влияние, и ощущение постепенного затягивания в эту деморализованную тусовку было дурманящим, почти ядовитым в физическом смысле ощущением. Ожидание реакции контроля по любому поводу. — Вы действительно считаете людей врагами этого государства? — Он судорожно махнул рукой на бормочущий телевизор в гостиной, затем повернулся и резко стукнул о стол своей чашкой син-кофе.
Шейла Куам подскочила, моргнула — он схватил её за плечи и приподнял со стула. Она вздрогнула, уставилась на него широко открытыми глазами и встретила его пронизывающий беспощадный взгляд. Шейла не была испугана, но его руки причиняли ей боль, и она стиснула зубы, стараясь успокоиться, но он заметил промелькнувшее в её глазах страдание, а заодно изумление. Он понимал причину изумления: никто не поступал так с исполняющим обязанности контроля. Это было самоубийственно или просто безумно.
— Ну ладно, — хрипло отозвалась Шейла. — Возможно, когда-нибудь нам придётся признать наличие системы в том, что Омар Джонс и колония, которую мы здесь построили, — всего лишь очередной парамир. Я это признаю. Но до тех пор это останется ссылкой в справочнике. Вы удовлетворены? И до сих пор альтернативная искажённая субреальность, воспринимаемая любым прибывшим, расценивается как внешняя улика необходимости промывки его мозгов. И если психиатрическая помощь не вернёт его на ту ступень, где вы сейчас находитесь, разделяя именно эту реальность…
— Поясните ему суть парамиров, — перебил Хэнк Шанто.
В комнате воцарилась тишина.
— Хороший вопрос, — незамедлительно заметил тощий пожилой тип с суровым взглядом.
— Это работа фон Айнема, — сказал Рахмаэлю Шанто.
— Но вы этого не знаете, — спокойно возразила Шейла.
— У него есть какой-то хитрый прибор, с которым он забавляется в швайнфортской лаборатории, — продолжал Шанто. — Несомненно украденный у ООН, он там засекречен как новейшее оружие. Ладно, мне это не известно наверняка, я не видел его в действии и не знаком с его схемой. Но я знаю, что он управляет этими чёртовыми псевдомирами, а ООН изобрела это искажающее время устройство недавно, после чего Грегори Флок…
— Плок, — поправила мисс де Рангс.
— Глок, — едко уточнила Шейла. — Грегори Арнольд Глок. Впрочем, не всё ли равно — Глок, Флок или Плок? — Она обратилась к Рахмаэлю: — Это тип, перешедший на другую сторону. Возможно, вы помните, хотя под жёстким давлением ООН об этом тогда умолчали все СМИ.
— Да, — отвечал он, вспоминая. — Пять или шесть лет назад. — Грег Глок, вундеркинд и продукт ООН, безусловно был в то время единственным многообещающим конструктором нового оружия в Архивах наступательного вооружения, который сбежал по явно финансовым соображениям в частный промышленный концерн — «Тропу Хоффмана лимитед». Откуда затем отправился прямиком в Швайнфорт с его гигантскими исследовательскими возможностями.
— После чего и появился искажатель времени, — продолжал Шанто, подчёркивая свои слова судорожными быстрыми жестами. — Разве не так? Думаю, никто не мог бы возразить, потому что иного быть не может. — Он постучал себя по лбу, энергично кивая.
— Чепуха, — парировала мисс де Рангс. — На ум приходит масса других объяснений. Его сходство с искажающим устройством ООН может быть всего лишь…
— Честно говоря, — вмешался пожилой тип с суровыми глазами, говоря спокойно, но непререкаемым тоном, — нам следует ознакомить вновь прибывшего с каждой из достойных логических альтернатив теоретическим объяснениям, которые предпочитает стойко защищать мистер Шанто. Разумеется, наиболее вероятна теория Шанто. |