– Ты его портишь.

– Пряником от него можно добиться значительно большего, чем кнутом. Пойми, Роуг, – сказал Янг, отбросив прежний легкомысленный тон, – я весьма благодарен и даже польщен, что ты пришел именно ко мне. Я очень хочу увидеть твою титанианскую девушку и ни в коем случае не сделаю ничего для нее опасного.

– А как же тогда ты ей поможешь?

– Устрою допрос с пристрастием, чтобы выяснить, идут ли ее анаболические и катаболические процессы параллельно земному метаболизму. Если да – все великолепно и беспокоиться не о чем. Если нет – буду вытаскивать из нее дальнейшие данные и скармливать их этому игральному автомату из соседней комнаты. В результате мы получим для твоей Деми и прогноз, и рекомендованный режим. Как горошины из стручка – так она, что ли, выражалась?

Роуг кивнул.

– Тогда и беспокоиться не о чем, Деми, компьютер и я, мы втроем быстренько во всем разберемся, а на твою долю останется только нервно мерить шагами больничную приемную. Есть, правда, один интересный вопрос – как долго продлится ее беременность? Нормального человеческого ребенка вынашивают девять месяцев, а вот сколько времени потребует ваше гибридное чудо? Девять? Десять? Двенадцать?

– Азохен вей.

– Я уже придумал заголовок для первого материала, который напечатаю: «Мой терранианец и его внутриутробное развитие».

– Знаешь, Том, для меня это не шуточки.

– Какие уж там шуточки. Папаша в положении. Схватки еще не чувствуются?

– Я, пожалуй, съезжу за Деми прямо сейчас.

– Ну чего ты так суетишься? У тебя впереди уйма времени, может, целых полтора года. Пройди лучше туда и набери на терминале Психа Задвинутого «+Хэлло+». Это доводит его чуть не до припадка, и тогда он отстает от меня хоть на какое-то время.

– А чего ты сам так не сделаешь?

– Бандюга узнает меня по обращению с клавиатурой.

– Мне давно кажется, что у вас с ним преступная связь, возможно, даже обратная – этих интимных подробностей я не знаю.

В конце концов Уинтер вырвался из Лаборатории Янга. Прежняя обеспокоенность сменилась ликованием – именно это ликование и не позволило ему заметить, что картинка вырисовывается довольно зловещая. Ничего не поделаешь – любовь. В такой обстановке даже лучшие из пас теряют ощущение реальности. Заметив, что кто-либо из Gardai начинает витать в облаках, я, как правило, отправляю его – или ее – в принудительный отпуск. Но и собственные мои действия не вызывают у меня никакой гордости. Задним числом я понимаю, что обязана была раскусить все с самого начала. Ну каким таким местом мог Томас Янг узнать про двойной охотничий, трофей, про обстоятельства коронации? Ночь Уинтер провел у Деми Жеру, после возвращения с Ганимеда он беседовал только с ней и больше ни с кем.

Горя нетерпением передать Деми благую весть, полученную от Янга, он, однако, чуть не свернул с прямого пути – в голову пришла мысль, что эта фея неожиданностей могла – несмотря на все обещания сидеть дома и не высовываться – пойти в «Медиа».

Не важно, решил синэргист после секундного раздумья. После первой же ночи они обменялись ключами, так что не будет Деми дома – можно из ее же квартиры позвонить на работу, якобы по служебному вопросу. Делать свои личные отношения, не имеющие официального статуса, известными окружающим – для приличной виргинской девушки такое просто немыслимо.

– Кольцо! – радостно воскликнул Уинтер. – Обручальное кольцо – вот и решение проблемы.

Он начал осматривать витрины той самой торговой улицы, на которой тремя неделями раньше повстречал Двенадцать Барабанящих Барабанщиков, и очень скоро нашел то, что нужно, – за стеклом ювелирной лавки лежало маленькое золотое колечко с печаткой.