Из краткого телефонного разговора Алиса знала, что искать врача нужно в отделении травматологии. Она не была в состоянии анализировать это, не задавала вопрос «что это может означать?» Алиса стремительно шла по длинному коридору, когда ее остановил уже знакомый голос. Она навсегда запомнила этот тембр и те слова, которые он произносил. Теперь предстояла беседа глаза в глаза.

— Здравствуйте. Вы Молчанова, — не спрашивая, а констатируя, сказал доктор. — Меня зовут Виктор Павлович.

— Алиса Захаровна, Алиса, — нервно ответила она.

— Вы быстро приехали.

— Что с ним?

Из слов доктора следовало, что Гарик не справился с управлением самолета, осваивать который он начал в начале весны. А то, что он вообще остался жив, было похоже на чудо. Алиса почувствовала, как пол начинает медленно уходить из-под ее ног, вынуждая найти опору. Холодная крашеная стена помогла удержать равновесие, а через мгновение крепкая рука доктора сжала ее локоть. Оказавшись в светлом, залитом солнечными лучами кабинете, Алиса обхватила голову руками. Волосы беспорядочно рассыпались по плечам, спине, спадали, переливаясь под ярким светом. Она сидела и монотонно раскачивалась, едва слыша то, что продолжал говорить доктор.

К чему еще слова? Все ясно. Не зря ей с самого первого знакомства с новой «игрушкой» мужа было не по себе. Это был тот самый сюрприз, который Молчанову хотелось поскорее преподнести ей. Тогда, в марте она стояла на небольшом аэродроме, смотрела на взволнованно-радостное лицо Гарика и слушала о его планах показать ей с высоты птичьего полета строительство их нового загородного дома. Алиса только улыбалась, удивляясь тому, какой, в сущности, ребенок ее деловой и всемогущий муж. Он хочет все время удивлять ее, вызывать восхищение. Ему так важно, чтобы она смотрела на него восторженными глазами. Почему же он не поймет, что ей не нужно всего этого! Ей было стыдно признаться даже себе, что Гарик не становился ближе и роднее, несмотря на растущее количество тех сумасшедших подарков и поступков, которые он периодически совершал ради нее. Единственная ее мечта — ребенок — пока оставалась недостижимой. Это изводило ее, приводило к мыслям о ненужности своего существования, о том, что слишком много грехов совершила она в жизни и теперь получает заслуженное наказание. Может быть, природа нарочно подвергала ее испытанию временем, чтобы она смогла определиться в своих желаниях до конца? Хотя какое это имеет значение, если Гарик не поднимется больше.

Теперь, после того, как до нее все-таки дошел смысл произнесенных доктором слов, она пожалела, что рядом нет Славы. Ей просто необходимо было внимательно посмотреть в его глаза и увидеть их привычное насмешливое выражение. Он всегда словно подвергал сомнению каждое слово. Сначала эта манера раздражала Алису, а потом понравилась. Сейчас ей не хватало именно такой реакции — он бы осмеял слова врача, на что она была неспособна. Он придал бы ей сил. Конечно, так бы и было, ну почему она оставила его в больничном дворе?

— Алиса Захаровна, мы делаем все возможное, но травмы очень серьезны. Сотрясение мозга, многочисленные переломы ребер, а главное… Мы не знаем, сможет ли Эдуард Михайлович передвигаться, как раньше. Позвоночник — это самое неприятное в этой истории. Прогноз не очень обнадеживающий, — сказал доктор и посмотрел на Алису так, что ей стало понятно: Гарик парализован. Зачем они спасали его? Неужели они не понимают, что для него это хуже смерти.