— Советую вам проследить, чтобы с ним ничего не случилось.

— Продолжайте идти и не разговаривайте.

Со своего укрытия в кустах Джо наблюдал, как Стефан Хольц повернул и направился по лесному склону в сторону Макса и Таггера. Хольц держал около уха мобильник, а с плеча у него свисала большая холщовая сумка. Через минуту он исчез из виду, и в лесу снова наступила тишина, нарушаемая лишь слабым шорохом дождя и отдаленным гулом автомобильного движения. За ним никто не следовал, и машина, в которой он приехал, стояла пустой.

Джо прислушивался несколько минут, затем, убедившись, что Хольц один, осторожно выскользнул из своего укрытия, пересек дорогу, по какой приехал Хольц, и направился следом за ним, держась на нужной дистанции.

Слишком поздно он услышал за спиной какой-то шум. Шорохе кустах, звуки тяжелых шагов по влажной почве, а затем ошеломляющее и мертвящее ощущение холодного и жесткого дула оружия, внезапно уткнувшегося ему в затылок.

Я увидел, как у подножия спуска из-за деревьев появился Хольц с сумкой на плече. Он был от меня в ста пятидесяти ярдах.

— Хорошо, следуйте дальше, — сказал я и выключил мобильник.

Я повернулся к Таггеру.

— Он идет.

Таггер кивнул, и мы с ним натянули шлемы с прорезями для глаз. Я проверил «глок», дал Хольцу время подойти поближе» потом вышел из-за кустов. Теперь нас разделяли пятьдесят ярдов.

Увидев меня, Хольц не ускорил шаги, и мы двигались навстречу друг другу, словно на прогулке. Когда между нами осталось футов десять, мы одновременно остановились. Хольц выглядел разъяренным. Мокрые седые волосы прилипли к черепу, струи дождя хлестали по его морщинистому лицу и плащу цвета хаки. Я никогда не видел его фотографии (старший Хольц, как и все его ближайшие сообщники, избегал сниматься), и мне по казалось, что он очень похож на Карла Малдена, старого актера, игравшего в семидесятых в фильме о копах «Улицы Сан-Франциско», вплоть до носа картошкой.

— Ты здорово промахнулся, вынудив меня пойти на это — мрачно процедил он и не подумав протянуть мне сумку.

— Но и вы здорово промахнулись, когда пытались меня убить, — сказал я, не удержавшись от желания дать ему понять кто похитил его сына, хотя это и значило засветиться перед ним. Но иногда хочется показать, что ты не из пугливых.

— Я понятия не имею, кто скрывается за этой идиотской маской, так почему ты думаешь, что я пытался тебя убить? Хотя я скажу тебе кое-что, грязный подонок. Если я пожелаю кого-то видеть мертвым, то так оно и происходит. Ты труп, запомни это. Еще ни одна сволочь не сумела от меня ускользнуть.

Я хотел было стянуть шлем, но это было бы слишком глупо.

А потом я вдруг подумал, может, он меня даже не знает.

— На вид ваша сумка довольно тяжелая, — заметил я. — Почему бы мне не освободить вас от нее?

Хольц в первый раз выдавил нечто похожее на улыбку. Надо сказать, зрелище было не из приятных.

— Нет, приятель, все не так просто. Прежде чем ты получишь эти денежки, я хочу увидеть своего сына. Так что позвони сукину сыну, который его охраняет, и пусть он привезет его сюда. И немедленно. А потом уж мы посмотрим, стоит ли закончить сделку.

— Не хотелось бы мне забирать эту сумку силой, мистер Хольц, но, можете мне поверить, я это сделаю.

— Нет, сынок, ни черта ты не сделаешь. — Хольц энергично затряс головой. — Ни черта у тебя не выйдет.

Таггер прижал винтовку к плечу, наведя дуло в просвет между листвой на Хольца. Он видел, как тот разговаривал с Максом, но Макс не пытался забрать сумку. Про Таггера Льюиса говорили, что он чует любую опасность и подвох.