— Кирилл Аркадьевич, я нашел Минздрава, — у Славки не осталось сил и эмоций, чтобы радоваться. Голос звучал буднично, как будто таблицу умножения повторял. — Три раза проверил, не может быть ошибки. Записывайте адрес, берите ордер и группу захвата.

Следователь черкнул в блокноте — ехать далеко, в Отрадное.

— Точно он?

— Единственный, кто работал на всех объектах и имел доступ к ключам. Я сижу напротив подъезда, на кухне у него горит свет. Окно нараспашку, видно как он там ходит и…

Кольцов только хотел сказать стажеру, чтоб не лез на рожон — но связь неожиданно оборвалась.

11

Всю дорогу майор матерился. Не переставая. Популярный в полицейских кругах музыкант Сергей Шнуров насобирал бы тут идей на два новых альбома. Даже на три. А все потому, что время от времени, набирая славкин номер, слышал в трубке: абонент временно недоступен.

В одну из пауз пробился вызов от Егора Басова. Толковый опер, умеет работать быстро.

— Кир, ты просил пробить по базе. Но у нас тут практически ничего нет. Зуйко Роман Григорьевич, 49 лет от роду. Холостяк. Позвонил участковому, говорит — хороший мужик, не пьющий, не дебошир. Каждую весну во дворе скворечник вешает. Ветеран войны в Афганистане, между прочим.

— Мы снайперов тех лет не проверяли, — задумчиво протянул Кольцов. — Решили, что «афганский синдром» уже давно никого не мучает, живут спокойно.

— А-а-а, ты своего маньяка поехал брать? Удачи.

— Спасибо, Егор, буду должен. Вот доведется тебе ловить…

— Тьфу-тьфу-тьфу! — заворчал Басов. — Накаркаешь еще.

Майор дал отбой. Попросил остановить машину за углом дома и во двор вошел пешком. Цепким глазом пробежался по окнам девятиэтажки. Металлического блеска нигде не заметил. Но стрелков в армии первым делом учат как раз не стрелять, а маскироваться.

От второго подъезда кто-то тихо свистнул. Славка. Живой и здоровый. Держит дверь, машет рукой.

— Ты почему на звонки не отвечаешь? — набросился Кольцов на стажера. Но ругаться шепотом — это совсем не так грозно и внушительно, как в полный голос.

— Батарейка села, — ответил тот голосом настоящего героя, уставшим и чуть снисходительным. — Я тут помог одной старушке дверь открыть, заодно код узнал. Вот, караулю… ОМОН привезли?

Следователь кивнул, вызвал по рации командира группы захвата. Скомандовал: поехали!

— Кирилл Аркадьевич, вы как Гагарин!

Суровые великаны появились бесшумно. В момент блокировали лифт, отрезали путь на крышу и взяли нужную дверь под прицел.

— Кстати, вот милицию же переименовали в полицию. Значит, ОМОН теперь надо называть ОПОН? — ерунда приходит в голову в самые неподходящие минуты, майор давно это заметил. Но только Славка подобные мысли озвучивает.

Бум! Дверь вышибли с одного удара. Дальше зазвучала привычная мантра: «Никому не двигаться! Лечь на пол! Руки за голову!» И еще целая охапка восклицательных знаков.

Через 27 секунд, — стандартная двушка, чего ее долго обшаривать?! — командир спецназа вышел на площадку.

— Клиента можно упаковывать, — омоновец увидел непонимание в глазах следователя и пояснил. — В полиэтилен. Вам нужен был маньяк живым или мертвым. Тут второй вариант.

Стажер испуганно поежился, но не удержался от вопроса:

— Это вы… его?

Кольцов покачал головой. Выстрелов же не было слышно. Хотя эти парни могли и шею свернуть. Да он и сам, возможно, не удержался бы — разрядил обойму в киллера, погубившего столько народу.