— Дастин, — вскинулся Трентон, — если эта женщина твое очередное увлечение, то…

— Трент, оставь, пожалуйста, свои нравоучения. Ты будешь первым, кто узнает все мои секреты. А теперь возвращайся домой, к Ариане. И не беспокойся об Александре. И обо мне тоже. — Дастин широко улыбнулся. — Ведь мы — Кингсли! Значит, прорвемся.

— Ты намекаешь…

— Спокойной ночи, Трент.

— Ну хорошо! — хватив кулаком по столу, сдался Трентон. — Спокойной ночи. — В дверях он задержался. — Ты позовешь меня, если будет нужна помощь?

— Мне не нужна помощь в общении с женщиной.

— Очень остроумно. Я говорю об угрозах и о том, во что ты ввязался.

— Я призову тебя, как только возникнет необходимость.

— Дастин, будь осторожен!

— Непременно, дорогой брат.

Трентон вновь смерил маркиза задумчивым взглядом.

— Мне не терпится с ней познакомиться. Она, должно быть, восхитительна.

Улыбка тронула губы Дастина.

— Не то слово.

— Платье? — Ник Олдридж так и застыл с открытым ртом. — Ты надела платье?

— Папа, не поднимай шума из-за пустяков. — Николь спускалась по лестнице, критически оглядывая себя с головы до ног. — Как я выгляжу?

Обеспокоенность, с которой был задан вопрос, не ускользнула от внимания Ника.

— Превосходно. Умопомрачительно. Из-за платья. — Ник поднял подбородок дочери и заглянул ей в глаза. — Твои глаза светятся, Ники, я этого раньше не замечал. Свет, я полагаю, зажег Дастин Кингсли.

— Что, так заметно?

— Да. Но не беспокойся, он ничего не заметит. Он так в тебя влюблен, что едва ли сможет поднять глаза.

— Ты и вправду так думаешь?

— Я это знаю. А думаю я о том, что он намерен предпринять в дальнейшем. Ники…

— Папа, не надо. — Николь прижала палец к его губам. Меньше всего ей сейчас нужны были напоминания о прежних победах Дастина или лекция о том, как избежать его чар. Тем более что желание противиться им таяло у Николь с каждой минутой.

Стук в дверь избавил Николь от отцовских наставлений.

— Папа, — сказала она, — положись на мое благоразумие.

— Я-то полагаюсь. А как быть с маркизом? — Ник прошел к двери и услышал уже привычное: «Это Тайрхем». — Милорд, — приветствовал Дастина Ник.

— Добрый вечер, Олдридж. — Дастин в темном пиджаке и брюках — соблазнительный как смертный грех, — переступил через порог. — А где Николь… — Он осекся и уставился на девушку, точно перед ним появилось привидение.

— Моя реакция была точно такой же, — сухо заметил Ник. Кашлянув, он отступил в сторону, давая Николь возможность присоединиться к своему кавалеру. — Приятной вам прогулки.

— Спасибо, папа, — пробормотала Николь. Она шагнула к Дастину, задаваясь вопросом, как мужчина может быть таким поразительно красивым? — Добрый вечер, милорд. Мы идем? — Не услышав ответа от онемевшего маркиза, Николь поинтересовалась: — Как вы себя чувствуете?

— Спа… Благодарю вас… Превосходно.

Николь почувствовала, что сейчас расхохочется.

— Верится с трудом. — Она повернулась к отцу. — Папа, я скоро вернусь.

— Да, через час, — напомнил Ник. — В десять часов! — крикнул он вслед.