— Строг, не правда ли? — Он взял Николь под локоть и повел прочь от коттеджа.

— Вовсе нет, — возразила Николь и тут же смолкла, почувствовав близость Дастина. Мысли ее смешались.

В этот вечер Николь была полна предчувствий. В ней просыпалась женщина, сознающая, что жизнь ее вот-вот изменится. Эта мысль одновременно восхищала и страшила ее.

До этого вечера она пыталась бороться со своими чувствами, но только сегодня, когда она наряжалась в непривычное одеяние, до нее дошло истинное значение слов Дастина.

«Скажи, разве ты не оживаешь, когда мы вместе? Не только когда мы прикасаемся друг к другу, но просто говорим? Смеемся? Спорим? Ах, Дерби, если только я окажусь прав, тогда, наверное, мы сможем исправить несправедливости жизни и противостоять им вместе».

Она не может этого отрицать. С самой первой встречи Дастин прочно вошел в ее жизнь, заполнил все ее мысли. Она помнила все до мельчайших подробностей: и объятия Дастина, и вечер на берегу Темзы, и первый визит Дастина в этот домик. Родственность их душ была очевидной, и никакая тревога не могла ее заслонить. И тут Николь с поразительной ясностью поняла, что все ее чувства укладываются в несколько простых, но трепетных слов: «Я люблю Дастина Кингсли!». Мысль эта, хотя и не такая уж неожиданная, усилила беспокойство Николь. Надежда на то, что у нее есть защита от чар Дастина, улетучилась безвозвратно. Сердце Николь больше ей не принадлежало. Теперь оно в руках судьбы.

Рука девушки инстинктивно потянулась к шее и нащупала заветный амулет.

— Ты сегодня очень задумчива, — заметил Дастин, когда они шли через лес.

— Правда? — Николь заморгала и подставила разгоряченное лицо холодному вечернему ветерку. — Прости. Я нервничаю.

— Не надо, — сказал Дастин, пристально разглядывая Николь. — Ты выглядишь превосходно. Совсем как в вечер нашей встречи.

— Это потому, что на мне то же самое платье, — ответила она, чувствуя, как гулко стучит ее сердце. — У меня их всего два. Это немножко поновее.

— Почему ты решила надеть его сегодня вечером?

Николь отвела взгляд.

— Мне ненадолго захотелось побыть женщиной, — она запнулась. — Для тебя.

— Спасибо, — голос Дастина прервался. — Я польщен.

— Куда мы идем? — спросила она, заметив, что они оказались в незнакомой ей части леса, а коттеджи арендаторов пропали за деревьями.

— Увидишь.

Уставившись на носки своих туфель, Николь ломала голову над тем, о чем следует говорить и как справиться с застрявшим в горле комом?

— Туда. — Дастин указал рукой влево. С любопытством повернув голову, Николь вгляделась в темноту и удивленно воскликнула:

— Хижина! Кто в ней живет?

— Никто. По крайней мере, сейчас. — Обхватив рукой талию любимой, Дастин повлек ее вперед. — Пойдем. Твой отец выделил нам на эту прогулку один час. Не хочу терять ни секунды.

Подойдя к хижине, Дастин отворил дверь и провел Николь внутрь. Не зажигая лампы, он прошел к окну и отворил деревянные ставни. Лунный свет залил скудно обставленную комнату.

Дастин подозвал девушку кивком головы.

— Я всегда бывал здесь только один. И то, что ты сегодня рядом со мной, значит для меня больше, чем все сокровища мира.

Николь, встав рядом с Дастином, взглянула на заросший деревьями крутой склон, потом посмотрела на усеянное звездами небо.

— Как красиво! — выдохнула она. — Луна и звезды.