— А у тебя мания в них не влипать. Так что, кто из нас более нормальный, это еще вопрос. — Джойс интуитивно ощутила в его голосе раздражение и досаду. Маркус тщательно маскировал их, но поскольку врать он особенно никогда не умел, то за тридцать секунд выдал себя с потрохами.

— Так где ты была?

— В отеле. Мы ужинали все вместе, а вещи я оставила у Амалии. Доволен?

— До трех часов ночи ужинали?

Такой дотошности Джойс за ним не помнила. Однако она не растерялась.

— Да мы только приехали в двенадцать с раскопок, пока вымылись…

— Джойс, — довольно резко перебил ее Маркус. — Ты мне лжешь. Я звонил тебе на сотовый, начиная с десяти вечера, раз пять. Ты не отвечала. Теперь ты говоришь, что только в двенадцать приехала с раскопок. Ври что-нибудь одно в следующий раз. А еще лучше запиши предварительно.

Еще пару дней назад Джойс в ответ на такое заявление просто отключила бы телефон. Но сейчас она чувствовала себя виноватой. Во-первых, она действительно лжет. Во-вторых, во время этого разговора ей в очередной раз стало понятно, что миссис Хатт из нее не выйдет. Поэтому, стиснув зубы, она сносила нападки, хотя и огрызаться не забывала:

— Объясняю для тех, кто родился на бронепоезде. Мы работали, я оставила сотовый у себя под навесом, потому что внутри пирамиды все равно говорить громко нельзя. А когда вышли, сразу поехали в отель, я была под впечатлением и даже не посмотрела, звонили ли мне. А потом сотовый валялся наверху, в номере Амалии. Теперь ты наконец удовлетворен?

На том конце замолчали. Видимо, Маркус размышлял о том, стоит ли поверить.

— Подождите, пожалуйста, идет обработка данных, — съязвила Джойс. — Ты там не уснул?

После подобных вопросов Маркус обычно переставал сердиться, но тут Джойс услышала сдержанное:

— Нет. Когда мне позвонить в следующий раз, чтобы точно застать тебя?

Интересно, что можно ответить на такой вопрос, лежа в больнице и не зная, когда теперь представится возможность поговорить.

— Давай я сама тебе буду звонить.

— Тогда мы долго не услышим друг друга.

— Хорошо, я буду просить своих любовников, чтобы они тебе по очереди звонили с интервалом в час, а поскольку у меня их здесь уж точно не меньше двадцати четырех, то…

— Джойс, прекрати!

А вот это уже вовсе ни в какие ворота не лезет. Чтобы Маркус так реагировал на шутки!.. Джойс даже растерялась.

— Маркус, что с тобой? У тебя все в порядке?

— Да. — Молчание, потом тяжелый вздох. — Когда мне ждать твоего звонка?

— Постараюсь звонить утром, до работы.

— Хорошо, пока.

— Пока.

Да что с ним такое? Джойс оставалось только разводить руками, Маркус сам на себя не похож, неужели что-то заподозрил? Надо будет по возможности чаще ему звонить.

И тут же в голове возник вопрос: зачем? Зачем звонить, если все кончено?

Вошла Амалия.

— Ну как? Пообщалась?

— Не то слово. Злой, раздраженный. Я пообещала, что сама буду звонить ему по утрам. Можешь приносить мне телефон?

— Разумеется, без проблем. Но пока давай его сюда. Я говорила в коридоре с врачом, он сейчас зайдет.

Амалия забрала сотовый и спрятала в сумку. И действительно, не успела она защелкнуть замок, как на пороге палаты появился доктор в синем халате и колпаке.

— Здравствуйте, простите, — извинился он. — У нас тут ЧП. Произошла авария на седьмой, привезли много людей. Я сейчас не могу вас осмотреть, но часа через два, думаю, освобожусь. А пока у вас посетители, мы могли бы отдать им ваши вещи.