— Ты бледная, — продолжала мать, — и вся в слезах. Хочешь воды?

— Да, пожалуйста. — Джойс старалась говорить спокойно, хотя вышло неубедительно.

Эмелин взяла с тумбочки графин, наполнила до половины стакан, не отрывая от дочери пристального взгляда.

— Вот, держи. Тебе приснилось что-то нехорошее?

— Трудно сказать, — ответила Джойс, делая глоток. — Я едва ли поняла смысл увиденного. Какой-то сумбур. Знаешь, как часто случается: просыпается подсознательный страх, необъяснимый и оттого еще более сильный.

— Дорогая, может быть, останешься дома? Плохой сон перед поездкой — это дурное предзнаменование. Подумай хорошо.

— Перестань, мама! Ты придаешь слишком большое значение глупым совпадениям. Да, мне стало страшно на какое-то мгновение, но я видела не первый кошмар в своей жизни. Сегодня произошло много разных событий, от которых голова идет кругом.

— Тогда расскажи, что тебе приснилось. Помнишь, ты несколько раз предугадывала будущие события? Вдруг это знак?

— Нет, с тобой совершенно невозможно серьезно разговаривать, — сопротивлялась Джойс. — Давай просто забудем. Кстати, ты зашла ко мне просто так?

— Конечно нет, — неохотно откликнулась Эмелин. — Твой отец уже вернулся домой, и мы обсудили твой предстоящий отъезд.

— Правда? Что он сказал? Как отреагировал?

— Не забрасывай меня вопросами, дочка. Мистер Александер, увы, совершенно безответственный отец, поэтому отнесся к твоей глупой затее благосклонно. Вы не думаете о хлопотах, связанных с переносом большого свадебного торжества, на которое приглашены лучшие люди Сиднея. Скажи, ну как мне уговорить их найти еще один свободный день в своем плотном графике? И так многие только из уважения к нашей семье отменили запланированные дела. Я не смогу в глаза им смотреть после такого!

— Мама, успокойся. Мы с Маркусом по-прежнему в ссоре. За два часа ничего не изменилось, а значит, вопрос со свадьбой повис в воздухе. Если тебе станет легче, я откажусь выходить за него даже в случае примирения. — Заметив возмущение на лице Эмелин, она поспешила добавить: — Я пошутила.

— Ты невыносимая девчонка! Упрямая, взбалмошная, импульсивная…

— Не сердись. Я прошу прощения за все неудобства, которые невольно причинила вам с отцом. Постарайся меня понять и принять мое решение.

— Что мне еще остается делать? Пойду звонить организаторам свадьбы, сообщу им невероятную новость. Хорошо хоть кто-то разделит мою досаду!

— Миссис Александер, вы самая чудесная мама в Австралии. — Джойс чмокнула ее в щеку. — Я в вас никогда не сомневалась.

— Хватит пускать в ход свои уловки. Лучше скажи, что будешь делать завтра? Уже знаешь дату отъезда?

— Я встречусь с мистером Тейлором, и он все скажет. Думаю, через пару дней окажусь среди египетских песков. Там сейчас зима…

— Тогда до завтра, милая. Не засиживайся допоздна, тебе необходим отдых.

— Спокойной ночи, мама. Спасибо за помощь.

Джойс встала и медленно прошлась по комнате. Задержала взгляд на зеркале, не отразившем ничего, кроме нее самой. Она отчетливо помнила присутствие во сне мужчины, причем не могла сказать с уверенностью, знает его или нет. Просто осталось ощущение, что между ними существует прочная связь. Это вполне мог быть Маркус, и в то же время оставалось сомнение, неуверенность. Джойс знала одно: того человека из сна она по-настоящему любила. Не понимала, откуда такая странная убежденность, но принимала ее как данность. Мужчина, который ждал Джойс по другую сторону зеркала, очень много значил для нее.